Мы находились, как я понял, в палатке Елизаветы, и главное, что она активно участвовала в этих поцелуях и, можно сказать, играх.
На мгновение подумал: может, на фиг надо переводить наши отношения в другую плоскость. Но только на мгновение. Плюнул на всё и взялся за дело по-серьёзному.
Собственно, всё. Проснулись на другой день вместе, а я — с мыслью «моё, никому не отдам».
Испортил, конечно, девчонку, ну а кто бы удержался на моём месте, да и, как ни крути, уже давно к этому шло, зря только изводил себя и сопротивлялся.
От судьбы не уйдёшь, а когда эта судьба прекрасна, так и вообще грех противиться.
Народ вокруг работал на износ. Из всех прибывших в этот мир только мы с Елизаветой бездельничали, пропадая то в глубине острова, тщательно его исследуя и изучая, то на другой его стороне, купаясь и загорая подальше от чужих глаз.
Там, на другой стороне, я и обнаружил остатки затонувшего корабля. Не знаю, кому он принадлежал, выяснить это не удалось, слишком уж разбило его корпус, но кое-что добыть мне всё равно удалось.
Нашёл две пушки — медные, приличного калибра.
Конечно, использовать их как оружие нам на фиг не надо, а вот поставить их у входа в дом мне прям загорелось. Поэтому приложил кучу усилий, чтобы отвлечь людей от работы и доставить находку куда надо, а именно — к нашему с Елизаветой дому.
Да, мы с ней, как-то не заморачиваясь, решили: раз всё случилось, то и нечего это скрывать. Мы теперь муж с женой, и точка, кому не нравится, пусть отвернётся.
Это я про батюшку, который прибыл на эту стороне. Всю плешь провел, мол, нельзя жить во грехе, и, главное, понять не хочет, по любви у нас, а значит не грех. Наверное.
Всё было прекрасно, пока не пришёл сильный шторм, налетевший, как это бывает, внезапно, и бушевавший целых пять дней.
Сам этот шторм мы пережили без особых проблем, даже почти достроенный корабль не пострадал, а вот после его окончания проблема появилась и довольно серьёзная.
Прошляпили мы появление чужого корабля возле нашего острова. Расслабились и чуть не встряли в неприятности. Выручило нас только то, что мы успели установить орудия на почти готовый корабль, а ещё помогла толпа рабочих и моряков, которые были в это время на строящемся судне.
Когда чужой корабль, открывая артиллерийские портики, начал входить в небольшую бухту, на берегу которой мы поселились, народ на борту нашего судна сориентировался мгновенно.
