Слуга, который проводил меня в кабинет государя, быстро, задав по дороге пару вопросов коллегам, привёл меня прямиком к моей внезапной суженной.
Елизавета была прекрасна и выделялась в стайке молодых девчонок, как породистый скакун среди деревенских лошадок. Даже залюбовался, прежде чем подойти. Красивая, зараза, и наряд ей подобрали очень подходящий, прям хотелось его снять и проверить, действительно ли под ним всё так, как рисует воображение. Шучу, конечно, но не сильно.
Подошёл, поздоровался, невесте поцеловал ручку и, извинившись перед её подругами, нагло её уволок в сторонку.
— Что вы себе позволяете? — только и успела пропищать Елизавета.
И тут рядом нарисовался тип с походкой опытного бойца и с резаным шрамом на пол-лица, двигаясь так, чтобы вклиниться между мной и Елизаветой, и, цедя слова сквозь зубы, но при этом громко произнес:
— Мне кажется, сударь, дама не хочет с вами разговаривать.
Елизавета хотела было что-то пропищать, но я не позволил, ответил, не задумываясь:
— Когда кажется, креститься надо, сударь.
Одновременно я сделал короткий подшаг, чтобы оказаться на пути этого типа и, аккуратно положив руку на талию невесте, слегка подвинул её, как бы убирая чуть за себя, чтобы я оказался между ней и приближающимся противником.
Тот и не подумал притормозить, не знаю точно, чего он хотел, может, изобразить столкновение, чтобы потом обвинить меня во всём или что-то вроде этого, но ждать я не стал. Ткнул пальцем в район солнечного плетения и сказал мгновенно побагровевшему, слегка задохнувшемуся и согнувшемуся буквой зю противнику.
— Какой вы, однако, неловкий, сударь. Пойдём, милая, вдруг у него колики, и он заразный, — сказал я, кивнув на успевшего согнуться франта, с которого свалился головной убор, открыв обширную лысину, и отвёл невесту чуть в сторону. Недалеко, понимаю ведь, что на этом всё не кончится, и продолжение последует, так зачем оттягивать неизбежное.
Поговорить с невестой не успели, лысый быстро пришёл в себя и, подобрав головной убор, водрузил его обратно на голову и снова направился в нашу сторону, по дороге снимая перчатку.
Ох, как ему хотелось хлестануть этой тряпкой мне по лицу, как пылали ненавистью его глаза. Даже залюбовался, но легко уклонился от его попытки ударить меня этой перчаткой, ну и зарядил в ответ правый прямой, да так удачно, что кровь из разбитого носа брызнула прямо веером.
