– Это о чём ты там? – удивлённо спросил дядя Митя.
– Не обращайте внимания, – не стала вдаваться в подробности Маня. – Не выспалась, наверное, сосед – балабол, всю ночь не давал спать своей трескотнёй, как школьница, в самом деле, обо всём и ни о чём.
– Ну-ну, – захихикал в свои генеральские усы дядя Митя.
Поняв, что болтнула лишнего, Маня решила, что пора ретироваться.
– Ладно, пойдёмте к соседке, а то нам ничего не достанется, весь чай выпьют.
– Не, я не пойду, нечего мне там делать среди молодежи, лучше порыбалю.
Вон, и жерлицу уже приготовил. Два дня назад я, Маня, вот такую щуку поймал, – дядя Митя, рассказывая, расставил руки чересчур широко даже для среднестатистической рыбы и, засмущавшись, немного сдвинул их друг к другу. – Не веришь, дева, ну, смотри, сегодня поймаю рыбину – завтра будешь мне уху варить, давай спорить. Ты проиграешь – варишь уху, я проиграю – ремонтирую тебе замок на калитке, а то болтается она у тебя на ветру, скрипит, спать мне не даёт, приходится по каждому скрипу вставать, интересоваться, кто пожаловал, зачем, восемь из десяти раз интерес получается порожний.
– Договорились, – засмеялась Маня и, пожелав удачи рыболову, побежала на чаепитие. Конечно, не чай она хотела и даже не шарлотку. Не хотелось Мане оставлять один на один Фому и красавицу-соседку, чем-то зацепил её это грубиян. Даже несмотря на его манеры и ужасную неухоженную бороду, она испытывала какой-то дискомфорт от того, что он сейчас там с молоденькой красавицей.
Маня настолько давно уже не была в отношениях, что совсем забыла, что это чувство называется ревность.
* * *"
"Дом был чересчур ухоженный, такой весь миленький и чистенький, как будто его хозяйка целыми днями только и делала, что убиралась и обставляла его «мимимишными» вещами. Везде были разложены подушечки в виде котиков, салфетки, на которых обязательно стояла свеча под цвет салфетки, и пластмассовые бусы обматывали толстую свечу, естественно, также под цвет салфеткам.
Не говоря уже про большие искусственные перья павлинов нежно-голубого цвета, которые были вставлены в напольную вазу. Раньше бы Маня подивилась вкусу хозяйки дома, но не сейчас, сейчас эта красавица была по другую сторону баррикад, она была соперницей. В полукруглой гостиной стоял большой круглый стол посередине, а в камине уютно трещали дрова. Хозяйка, что открыла ей дверь, сразу убежала на кухню, предложив проходить в гостиную самостоятельно.
