В финальном раунде остались Робин, Круг, Миллер, Боб Сарлатт и Бил Фарли. «Последнее выступление, ровно пятнадцать минут, отделяло каждого от его судьбы, а Робина от первого места. Именно так и должно было произойти», – сказал Сарлат.
«В то время, – вспоминал Сарлат, – люди не так уж много знали о стендапе. Робин выступал не в классическом варианте этого искусства. Все было немного хаотично. Он все еще учился, делал небольшие наброски и сценки, которые были смешные и могли вызвать залп смеха, но в них не было гармонии».
Пол Красснер, хиппи-журналист и редактор журнала The Realist, бывший в жюри на финальном этапе соревнований, говорил, что запомнил выступление Робина за «его энергию и очевидное присутствие. На нем была ковбойская шляпа, у него была волосатая грудь, и он сильно потел».
Когда с финальным выступлением вышел Фарли, минут через пять вырубилось электричество. Клуб мгновенно погрузился во тьму, и никто не знал, что в данной ситуации делать, но Фарли, все еще находившийся на сцене, воспользовался возможностью.
«Пока не было света, – вспоминал Сарлат, – Бил Фарли без микрофона сказал: ”Как только кто-то зайдет, давайте запоем «С днем рождения»“. Это была потрясающая импровизация. И это сыграло ему на руку. Поэтому он получил первое место, Робин – второе, я был на третьем». Так все выглядело в соответствии с оценочными карточками судей, и Сарлат был согласен с этим результатом. «Выступление Робина очень сильно отличалось от остальных, – говорил он. – Он еще не был закостеневшим в своем стиле профессионалом».
Но, как вспоминал Красснер: «Народ разозлился, что выиграл не Уильямс». Пожалуй, это был последний раз, когда Робин был не первый.
Однажды вечером, когда Робин не должен был выступать в Holy City Zoo, он подрабатывал там в баре, подавая напитки и немного подворовывая. Вдруг его внимание привлекла одна посетительница. Валери Веларди, танцовщица и преподаватель сценических движений, отдыхала от работы официанткой в соседней таверне и решила скоротать здесь вечерок, потому что много слышала об этом комедийном баре.
Робин был потрясен уверенной в себе женщиной с классическими чертами лица, которая была на пару дюймов выше его. Позже он объяснял, что испытанное в тот момент чувство не было любовью с первого взгляда: «Это больше было похоже на страсть, – говорил он. – Она была итальянкой, неаполитанкой. И хотя Валери была не особенно сексуально одета, она смотрела… горячо. Горячая штучка».
