Углубившись в болото, Огарков потребовал, чтобы все сопровождающие его солдаты не приближались друг к другу ближе пяти метров, пояснив это слабостью почвы. Сам же, в сопровождении ефрейтора Лонзера, к которому он был прикован наручниками за правую руку, пошел вперед, указывая направление движения всем остальным. Пройдя таким образом около двухсот метров, Огарков, ударив свободной рукою ефрейтора, увлек его за собою в болото, где они оба почти тотчас же провалились в трясину больше чем по грудь. Все попытки спасти ефрейтора успехом не увенчались, и он, вместе с прикованным к нему Огарковым, утонул.
С большим трудом, пользуясь оставленными на деревьях и кустах метками, группа выбралась на твердую землю. Обнаружить остров не удалось.
Исходя из полученной информации, можно сделать вывод о том, что уходящая группа уносит с собою раненого, который располагает сведениями о местонахождении тайника, сделанного погибшим командиром разведывательно-диверсионной группы русских. Мною дано указание при первой же возможности бесшумно изъять одного из партизан для подтверждения или опровержения этих данных.
Обер-лейтенант Хельмут Рашке"
"Вот уже третий день мы идем по лесу. Все уже вымотались и устали, настроение неважное, если не сказать больше. Вчера исчез Пашка Ломакин – тот самый вихрастый парень. Он с момента нашей встречи на острове проникся ко мне каким-то нездоровым чувством. Видать, не мог простить своей оплошности. Все мои попытки найти с ним общий язык ничем не увенчались, он по-прежнему недружелюбно на меня косился.
В какой-то момент удалось застать его за тем, как он расспрашивал обо мне Петрищева. Увидев, что я подхожу, он быстро свернул разговор и отошел к кустам. Ну вот скажите на милость, чем я не потрафил ему? Тем, что в болото упасть не дал?
Утром твердо решаю переговорить с ним в присутствии командира группы – уж от него-то он увиливать не станет!
В очередной раз сменив носильщика, замечаю, как Ломакин отстает от нас: его очередь идти в арьергарде. Он скрывается за кустами… и все.
Больше мы его так и не увидели. Отойдя на километр, командир, почуяв неладное, приказал оставить носилки под охраной двух бойцов, а все остальные, в том числе и я, потопали по своим следам – искать Пашку. Ага, с таким же успехом мы могли попробовать спилить дуб перочинным ножом – это даже вышло бы скорее.
Никаких следов Ломакина мы так и не нашли, он словно растворился в воздухе. Пробовали даже его окликать – толку чуть. Никаких разумных объяснений этому не нашли.
