А вы?
— Что я?
— Влюблялись?
— Имел неосторожность влюбиться и жениться.
— И как при этом выглядели?
— А ты с какой целью интересуешься?
— Говорят, влюбленные люди становятся ненормальными. Кто-то считает, что любовь — это вообще болезнь. Вот мне интересно, с вами это так же работает или нет. Если да, то не хотелось бы пропустить сей момент. Учитывая, что в обычном невлюбленном состоянии вы выглядите как больной человек, то если влюбитесь, вы будете выглядеть как дважды больной. А это звоночек.
— Вить из меня веревки? — усмехнувшись, произносит Кротов, вставая с бревна.
— Вызывать псих бригаду. Все-таки надо помогать человеку, который безвозмездно продаст мои комнаты без моего участия.
Кротов определенно над чем-то раздумывает, но вслух не говорит. Как-то странно улыбается.
— Я не планирую в тебя влюбляться, так что психушку вызывать не придется. Но если вдруг я окончательно двинусь башкой, примкну к тебе за компанию и влюблюсь, то имей в виду, оступишься — я тебе руку не подам.
— Это что значит?
— Грохну тебя, так же как бывшую.
Не даром вид у него маньячный. Верю ли я, что он мог прибить свою женушку? Вполне, если та гульнула и наставила ему рога.
На мое счастье, наше общение больше не продолжается. Влад с лестницей появляется очень вовремя.
— Куда? — раздраженно бросает Кротов, как только Влад подходит к дереву.
— Что куда?
— Куда ты лезешь?
— Никуда. Подставляю лестницу.
— Я сам. Иди.
— Куда?
— Куда хочешь, туда и иди.
Переглядываемся с Владом. Молю его взглядом подставить лестницу к дереву, но… хозяин барин.
Готова поклясться, что «шкаф» передо мной извинятся взглядом и уходит.
— И все-таки вы отвратительный человек.
— И что же отвратительного я сейчас сделал?
— Выгнали Влада как нашкодившее животное, вот что.
На мой комментарий Кротов лишь хмыкает, наконец подставляя лестницу к дереву. Перекрестившись, я опускаю одну ногу на деревяшку и начинаю спускаться. Мамочки, это капец как страшно.
— Не бойся, я крепко держу.
И все бы ничего, но этот козленыш по мере моего спуска, кладет руку на мою пятую точку.
Это совсем не вызывает чувство брезгливости, но желание отбить ему руку за то, что провоцирует — да. Он там что, блин, шишки мне в ягодице пальпирует?
— Уберите руку.
— Я тебя подстрахуевываю. Подстрахуеваю. Короче, страхую.
Не боясь упасть, резко скидываю его ладонь. Оказавшись на земле, я облегченно выдыхаю.
— Я выгнал Влада, чтобы он не видел твою просвечивающуюся в мокрой футболке грудь. Могла бы и поблагодарить.
