— Тут нет условий и… туалета с душем.
— К окулисту, что ли, не дошла на медосмотре? — берет меня за руку и обхватывает мою ладонь своей, но я настолько дезориентирована от происходящего, что меня даже не раздражает этот факт.
Мы обходим дом и оказываемся на заднем дворике. Деревянный туалет и, судя по строению рядом, заброшенный летний душ тут имеются. Через пару недель похолодает. И как тут мыться?
— Что скажешь?
— Что буду ходить грязной.
— Ты не неженка, хорош выпендриваться. Не нравится летний душ, вот, — насмешливо произносит Кротов, указывая взглядом на грязную ванну, почти вросшую в землю.
— Отмоешь ее и можешь отмокать по вечерам, — одергиваю ладонь. — В сарае наверняка можно найти много чего полезного.
И что самое удивительное, этот холеный с виду мужик открывает дверь в сарай и принимается там копаться. Неужели не брезгует? Богатые люди себя так не могут вести. Да и зачем такому как он жить в таких условиях, когда можно приезжать сюда из ближайшего города, потратив на это час, ну может больше, если у него здесь намечаются дела и стройка? Все это максимально странно.
— А с вами нельзя? Вы, кстати, куда уезжаете?
— Захер мой ненаглядный, напомни мне, когда ты успела схватить меня за яйца?
— Захер?
— Захер, захер, — кивает, волоча из сарая точно такую же советскую кровать, как стоит в доме.
— Я за ваш хер не хваталась и не собираюсь. Будьте спокойны.
— Захер — это шоколадный торт, — серьезно, блин?! — Так, когда ты меня успела схватить за Фаберже?
— Я не хватала.
— Вот и я думаю, что я не мог запамятовать, когда ты меня схватила за яйца и женила меня себе, чтобы я отчитывался перед тобой.
— Это всего лишь женское любопытство.
— Которое я не утолю. Вот вам еще одна кровать. Хотя… нет, не ставь ее в дом, — радостно потирает руки. — Я сам ею распоряжусь, когда приеду.
Наверное, я точно двинулась головой, но я не хочу, чтобы он уезжал. Нет, со «шкафом» мне комфортно и не страшно, но тут еще четыре мужика и… лес. И, если я правильно понимаю, это и есть та самая земля, значит где-то недалеко находится кусок, принадлежащий Игорю.
— А земля, которая вам не досталась со вчерашней сделки, находится далеко отсюда?
— Не ссы.
— В смысле?
— В прямом.
Козел. Даже на вопрос ответить не может. При этом я все равно не хочу, чтобы он уезжал. Ну не дура ли? Хотя в глубине души понимаю, что это такое. Подсознательная тяга к тому, с кем безопаснее. Вчерашний день и сегодняшняя ночь меня прилично подкосили.
