— Да я лучше сдохну, чем оставлю это на се…
Я не успеваю договорить, получаю такой силы удар по лицу, что не удерживаюсь на месте. Кажется, теряю на секунды сознание, иначе не знаю, как объяснить, что нахожусь уже на кровати, и эта тварь целует мне щеки.
— Уйди. Пожалуйста.
— Да не трону я тебя больше. Обещаю. Прости. Не знаю, что на меня нашло. Не бойся.
— Уйди, — вновь повторяю я, переворачиваясь на бок.
— Не трону, — шепчет мне на ухо и ложится рядом, обвив меня рукой. Мне теперь и не встать. Чувство такое, что вместо его руки на мне тонна кирпичей…
Перевожу взгляд в зеркало на свое зареванное лицо.
Обливаюсь холодной водой до тех пор, пока окончательно не прихожу в себя. Куда мне теперь идти? Головой понимаю, что работая на Кротова и в «паре» — я менее уязвимое лицо, нежели вернись я домой в Питер к Вере.
Вернуться в спальню и извиниться? Я как-то его обозвала. Точно помню, что что-то выкрикнула. И что сказать? Извините, я спросонья злая и мне показалось, что вы хотели меня трахнуть? Да пошел он в жопу с извинениями.
Если бы не он, всего этого бы и не было.
Еще несколько минут я стою напротив зеркала и пялюсь в собственное отражение. Не буду. Не буду я ни у кого и ничего просить. Делаю глубокий вдох и медленно выдыхаю.
Наверное, лучше было бы, если бы Кротова в номере не было. Тихо выхожу из ванной и тут же натыкаюсь на сидящего на кровати одетого начальника. Ясно, лично решил дождаться меня, чтобы вернуть мне ответочку.
— Давайте угадаю. Пинок под жопу, уволена и домой в Питер?
— Завтра в десять утра мы съезжаем.
Без опозданий у ресепшена.
Глава 16
Глава 16
Если я и дальше продолжу следить за минутной стрелкой, я окончательно двинусь кукушкой. Я уже и физически не могу больше сидеть и ждать. Начало десятого… еще целый час. Здесь выжидать полночи надоело, а выходить страшно. Какой-то замкнутый круг.
Хотя, на ресепшене есть люди и, если что я смогу… заорать. Блин, так нельзя. А дальше, как я буду жить дальше? Так и трястись от всего? Бред какой-то.
Открываю свой чемодан, дабы переодеться и наконец выйти из номера, но стопорюсь.
А как я должна быть одета? И куда мы вообще направимся? Идти и спрашивать об этом Кротова — так себе затея. Я вообще не представляю, как я посмотрю ему в глаза, учитывая, что память-таки подкинула мне, как я назвала его ночью.
Сегодня будет очень тепло, учитывая, что в девять утра на балконе вовсю припекает солнце. И что мне надеть? Почему-то сейчас мне стыдно появляться перед Кротовым в своей привычной одежде.
