— Это как?
— А вот так, — поддевает кончик моего носа, улыбаясь вполне искренней улыбкой. — Познать прелести секса, а не только их последствия. Кстати, на твой день рождения продолжим развращаться. Или нет?
— Продолжим. А можно вопрос?
— Можно. Если это вопрос, что будет с нашим общим знакомым — ничего хорошего. Я его посажу.
— За что посадишь?
— А ты думаешь, что мало поводов? За их делишки с проституцией несовершеннолетних под принуждением и прочее — светит большой срок. Это надо только доказать. А знаешь, что с такими делают на нарах? По глазам вижу — знаешь.
Ты, кстати, тоже будешь одним из свидетелей.
— Я не хочу.
— Я не спрашивал, хочешь ты этого или нет. В данном случае, как я скажу, так ты и сделаешь. Вопреки расхожему мнению, что я кручусь в криминальных кругах и грохаю всех налево и направо, это не так. Я предпочитаю другие способы урегулирования вопросов.
— Почти два месяца назад я рассказала, чем занимался Игорь и его мать, и ты ничего не предпринял. А что изменилось сейчас?
— А ты не догадываешься что? Я эгоист, Снежана, как и любой здравомыслящий человек.
Никаких широких жестов, связанных с благополучием общества. Мне на него насрать, как и ему на меня. Пока не трогают мое, я остаюсь в стороне. Когда трогают мое, я начинаю впрягаться. Все максимально просто. Но, если ты хочешь как-то по-другому навредить Савицкому — скажи. Может, твоя фантазия куда более широкая, чем моя. И нары — это фигня?
— Не фигня. Все правильно. Ну, разве что сначала ему нужно отрезать член, а потом посадить.
На мой комментарий Кротов начинает смеяться.
— И все-таки, есть в тебе что-то скорпионье.
— Ну, если только совсем капельку."
"Совсем скорпионья капелька помогает быть мне собранной все долгие семь часов родов Оперы. К середине ночи на свет появляются три живых котеночка.
— Матерь Божья, какие страшилы.
— Сам ты такой.
Глава 44
Глава 44
Только бы не уронить. Только бы не уронить. Руки трясутся, ноги словно вообще не мои. И юбка такая узкая, что шаги даются с трудом.
Двадцать один шаг до переговорной кажутся чем-то нереальным. Наконец подхожу к двери и кое-как нажимаю на ручку. Носком туфли открываю врата в ад и с выпрямленной осанкой шагаю к столу, за которым собралась кучка козлов.
Один из них, гордо восседающий посередине стола, неотрывно пялился на меня при встрече и продолжает это делать сейчас, пока я расставляю чашки с кофе. Благо, ему подаю кофе без инцидентов. На десерт оставляю кофе для Дани.
