— В смысле?
— Сорокалетние унылые тетки списываются в утиль. У меня уже давно все мхом заросло, ни один лесник не сориентируется.
— Это кто такое сказал?
— Про унылую тетку папаша твоего работодателя. А про мох я. Так и написала на сайте знакомств.
— Каком еще сайте знакомств?
— Обыкновенном, — вот уж чего не ожидала, так это того, что Вера решится на такую чушь. Нам нормально живется вдвоем, зачем еще какой-то мужик?
— Фу, зачем тебе это?
— Затем же, зачем и тебе. Между прочим, было бы неплохо тебя тоже зарегистрировать, чтобы ты пообщалась с парнем по ту сторону компьютера.
Никто тебя не трогает, не видит. В общем, в этом есть своя прелесть. Можешь душу отвести, послать кого-нибудь в задницу, представив на его месте своего Кротова.
— Он не мой и… слушай, меня только осенило, а почему у твоего другая фамилия?
— Наверное, сменил.
— Наверное.
— Хотя, стой. Мой и не Леня вовсе, — озадаченно произносит Вера, потянувшись к белой шелковой блузке без рукавов.
— Значит он меня обманул, и они не родственники.
— Или он его, например, усыновил. Хотя, какая разница, два гондона, они и в Африке два гондона, а кровные или нет — неважно. Иди меряй, — когда взгляд падает на юбку в руках Веры, настроение вонь падает ниже ноля.
— Не могу.
— Ладно, давай переиграем. Туфли на каблуке, блузка, пиджак и брюки.
— Мне это больше нравится. Только давай пиджак длинный, чтобы прикрыл мою жирную задницу.
— Нет. Даже не думай. Так, все, иди меряй вот это. Я пока подберу белье и сумочку.
— А сумку-то зачем? Он про нее не говорил.
— И что? Он вообще про аксессуары не говорил, но это не значит, что их на тебе не должно быть. Давай, шевели булками.
* * *Мы возвращаемся домой ближе к вечеру и, понятное дело, ни о каком чтении договора не может быть и речи. После приведения в относительный порядок моих ногтей, мы заваливаемся спать мертвецким сном.
Довольна ли я своим отражением в зеркале? Да. Брюки и пиджак темно-синего цвета вместе с белой блузой сели как влитые. И да, вынуждена признать, что на каблуках я выгляжу совершенно иначе.
Туфли, как ни странно, удобные.
Я прибываю в офис без двадцати девять. И оказываюсь не первой. Как только прохожу пост охраны и попадаю в приемную, из кабинета с недовольным лицом выходит Кротов. Ну все, ни напакощу ему, ни зубных имплантов, ни отдыха на море. Он и без того злой, так я еще не выполнила его требования. Хотя, надо признать, смотрит он на меня не брезгливо как раньше. Даже перестает хмуриться.
