А пару месяцев назад я заметила за своим мужем какие-то новые странности. Совсем мелочи, но они настораживали. Он брал телефон с собой в ванну, хотя никогда раньше этого не делал.
Никогда он не скрывал от меня телефон, я туда и не заглядывала. Для меня, это важный пункт доверия к человеку. Давид мог оставлять свой телефон где угодно и знать точно, что я в него не полезу.
Но с какого-то момента, я случайно заметила, он стал таскать телефон с собой по квартире. Что очень странно. Иногда я замечала, когда я появляюсь в комнате, Давид резко кладёт телефон на стол или на диван.
Зависит от того в каком месте сидит.
А ещё, после того как просмотрит, поворачивает экраном вниз. Буквально мелочь, но это настолько заметно, что я начала о чём-то задумываться.
Хоть и не допускала какие-то мысли о том, что он может с кем-то переписываться. Пыталась закрывать на это глаза, объяснять чем угодно, ведь у нас в отношениях ничего не изменилось, всё хорошо.
Подумаешь, он не так часто стал дарить подарки, иногда приходить с работы усталым, задерживаться в офисе.
Я всё это понимала и принимала. Я знаю, как много Давид работает, чтобы у нас было всё, что есть сейчас. Это отнимает у него много сил, энергии и времени. С каждым годом всё больше. Именно поэтому всё было уже не так, как в самом начале наших отношений.
Но теперь, застав его с женщиной, в собственной постели, я начинаю отматывать назад и находить там всё больше и больше разных пунктов, на которые раньше просто не обращала внимания.
Я начала вспоминать выходные, когда он не мог провести их со мной.
Я проводила их с подругами или одна. Вспомнила все командировки, поздние приходы с работы. Корпоративы, на которые идут без жён.
Но, чёрт возьми, я всё равно не понимаю, как можно было привести любовницу к нам домой, в нашу постель.
Это разбило мне сердце, и я не хочу прощать. Разве такое можно простить?
Это невозможно.
Я хочу развестись.
Я люблю своего мужа. До сих пор люблю. Но если сейчас оставлю всё как есть, я перестану себя уважать.
Буду чувствовать себя униженной тряпкой, об которую можно вытереть ноги, а она стерпит и будет молча жить дальше.
Нет, я не тряпка, пусть не надеется. И я не позволю вытирать о себя ноги. Во мне есть и гордость, и достоинство. Я не заслуживаю такого к себе отношения.
Со мной так нельзя.
Домой я не вернулась. Не хочу входить туда, находиться там. Не хочу спать в той кровати. Не хочу представлять, что там, где я лежала со своим мужем, была другая женщина.
