Торопливо осмотрела смятую кровать. Суетливо вздохнула при виде скомканной подушки рядом с моей, достаточно ровно лежащей.
Беглый взгляд по комнате за секунду определил – вся мужская одежда, имеющаяся в наличии в этой квартире, аккуратно сложена на кресле.
Тогда получается, он там сейчас совершенно… голый!
Послышались шаги, я закусила губу, прищурилась, чтобы в случае подтверждения моей недавней догадке, быстро зажмуриться…
В проёме показался Захар.
Слава богу, он не голый, а в трусах и в кухонном фартуке, скрывающем мощную грудь, но позволяющем досконально рассмотреть, рельефы плеч и упругие бицепсы.
В руках Захар держит поднос, на нём две чашки кофе, блюдце разрезанной надвое булочкой, намазанной маслом, и маленькая, прозрачная вазочка с голубыми цветами, кажется это васильки перемешанные с травинками. И они прекрасны.
Я закрыла лицо, рукой стеснюсь своего заспанного, растрёпанного вида. Наверняка, поле того, как я завалилась в кровать с мокрыми волосами, они сбились копной, попробуй теперь расчеши.
И весь этот ужас у меня на голове сейчас видит Он – мужчина, с которым я, как бы, фактически, будучи ещё замужем… Так, ладно.
Захар подошёл, поставил поднос на кровать. Сел рядом, с нежностью посмотрел на моё лицо и почти через минуту сказал:
– Ты самая прекрасная девушка, на всей планете Земля.
Я хмыкнула и закрыла лицо руками. Это ужасно. Как такое можно слышать, после всего… после того, как я почти сто лет не слышала комплиментов."
"– Не говори так, ты меня смущаешь, – закрываю лицо ладонью.
– Я говорю правду, – он серьёзен как никогда.
– Значит, эта правда смущает меня.
– А мне всё равно, пусть смущает. Главное, что ты – прекрасна и вот твой завтрак.
Он взял чашку и подал мне.
– Спасибо, – я приняла чашку из его рук, сделала глоток и снова полезла поправлять волосы, чтобы хотя бы половина моего лица была прикрыта непослушными кудрями.
Кажется, если Захар увидит меня неумытой, то я ему разонравлюсь. Не покажусь уже такой прекрасный. Он разочаруется и уйдёт… и возможно, больше никогда не захочет сюда вернуться.
– Тая, не прячь лицо, ты нравишься мне даже с утра, слегка заспанная и неумытая.
Боже, зачем он это говорит?
Не могу смотреть ему в глаза, испытываю страшную неловкость, от этих слов. Кажется, что он врёт, только бы сказать мне что-то приятное.
Я покосилась на Захара из-под светлой пряди.
Вот как он это делает? Своими замечаниями он просто сшибает меня с ног.
Держу чашку с кофе, пытаюсь придерживать простынь, чтобы не упала.
