А вы знали о ней, – обвинительно покачала головой.
Но свекровь и бровью не повела, не желая извиняться.
– Не волнуйся. На нее мы найдем управу. Сусанна будет молчать, а ты – будешь сидеть у койки мужа и ждать его пробуждения, – рассуждала деловито, как о бизнес-проекте в офисе. – Никакого скандала не будет. Я не позволю!
– Как не будет? Что вы сделаете? – заистерила Сусанна, испуганно охнув. – Вы меня убьете?
– Какая пошлость, – поморщилась свекровь, – впрочем, как и твое имя, и как ты сама, – высокомерно высказалась она напрямую.
– Есть гораздо более цивилизованные способы заставить человека молчать. А ты будешь молчать о своем участии в жизни моего сына. Никто никогда не узнает, что у него есть внебрачный ребенок.
– Он не внебрачный! – вскинулась Сусанна. – Я переспала с Орловым тогда, когда он был не женат!
– Я не буду это слушать! – снова вставила я свое веское слово, пытаясь перехватить преимущество. Надоело быть кроткой овцой. – Я не намерена каждый раз выслушивать, как ты кичишься тем, что влезла в постель моего мужа.
И я не виновата, – это я уже говорила Ирине Кирилловне, – что не была в курсе того, что у моего мужа есть сын. А вы хотите, чтобы я немедленно это приняла и вела себя как паинька?
– Анжелика! – предупреждающе сузила глаза свекровь. – Позволь спросить, что ты имеешь в виду?
– Развод. Я имею в виду развод.
Никогда еще я не говорила так жестко со своей свекровью.
Но именно сейчас поняла, что только развод решит всю ситуацию разом.
Глава 8
– Изволь объяснить, что ты имеешь в виду, – холодно потребовала свекровь, и ее изящная бровь изогнулась.
– Какой еще развод? Вы совсем решили меня с ума свести? Как ты себе это вообще представляешь?
Представляла я это, надо сказать, слабо. О разводе заявила во всеуслышание, а как его осуществить при том, что мой муж находится в бессознательном состоянии, и правда не понимала. Но внезапно проснувшийся материнский инстинкт требовал защитить не родившегося ребенка. Я уже поняла, что родители мужа привыкли распоряжаться нашими жизнями, и не хотела, чтобы это коснулось моего малыша.
Кто знает, что они удумают делать, узнав, что я беременна? Как я поняла, жизнью Сусанны управляли по своему усмотрению. Это надо – пять лет заставлять ее не показывать носа… Я ни о чем не знала и не подозревала. И если бы Дима не попал в аварию, так бы и жила в счастливом неведении. Впрочем, хватит этих рассуждений о судьбе этой гадины. Еще не хватало проявлять сочувствие к сопернице.
