– Ленка! Зараза! Ты что творишь?!
Я почти закончила, одна буква осталась, а Кирилл вдруг вздумал выйти на балкон. Ну ничего, успеею, пока он с семнадцатого этажа спустится…"
"– Ленка! Убью! – истошно вопит довольный моим сюрпризом муженек.
Я тщательно дорисовываю последнюю букву в слове “мудак”, и торжествующе показываю Кириллу средний палец.
Наверное он от счастья упал, потому что странно задергался и исчез в квартире.
Я ухожу от машины, заворачиваю за угол дома и вызываю такси.
Куда мне ехать? Что делать? Я в полной прострации!
Хочется забиться в конуру и скулить, выть, как раненый зверь.
Невозможно описать эту боль от двойного предательства сестры и мужа.
– Приехали, – говорит таксист.
Я удивленно оглядываюсь, машинально забила адрес мамы. Выхожу из такси и иду к подъезду, не представляю как я расскажу о Кристине маме, но чувствую, что это нужно сделать. Да и куда мне еще идти?
– Я так и знала! – восклицает мама, когда я ей все рассказала.
– Что? – вытираю слезы, бегущие ручьем.
– Я знала, что этот твой Кирилл никчемный человек и от него одни неприятности будут! – заявляет мама, – задурил бедной девочке голову…
– Мам, я давно не девочка, мне уже…– слабо протестую.
– Я о Кристине! – обрывает меня мама сердито, – и где ты нашла такого непутевого?
– Мам, да и Кристина давно не девочка! И по-моему виновата не меньше его! Не насильно же он ее в койку тащил! – я не понимаю, почему я должна доказывать виновность сестры.
– Лен, – голос мамы смягчается, – ты же знаешь сколько Кристиночка болела, сколько намучалась, она совершенно не разбирается в мужчинах, но ты не должна на нее обижаться! Мужей у тебя может быть сколько угодно, а сестра одна.
– Мам, да ведь она давно здорова, а мы носимся с ней как с писаной торбой, и…ей даже не стыдно было, представляешь! Она…она смеялась надо мной! А ведь я ее люблю…любила и всячески ей помогала, за что она так со мной? – мне отчаянно хочется, чтобы мама перестала защищать сестру и обратила внимание на меня, как мне плохо, как больно!
– Лена, ну ты ведь старше, ты должна быть умнее…– говорит мама.
– Ага, ты еще скажи должна во всем уступать! И одежду свою, и мужа заодно! – шмыгаю я носом.
– Да сдался тебе этот муж! – досадует мама, – подумаешь, другого найдешь, тут надо думать как Кристиночку из его лап выцарапать! Что ты злишься на нее? Ну влюбилась, с кем не бывает…
– Ну знаешь мама! – я встаю, – ты даже не хочешь признать, что ты вырастила стерву, которая привыкла, что ей все на блюдечке подают.
