Будду думать, что это хороший поступок и он зачтется мне в карму.
Поворачиваем на нашу улицу. Все, как всегда спокойно, никаких людей.
Подъезжаю к дому. Первый взгляд на окна, все шторы висят как попало, как будто в доме живут маргиналы, а я недалека от правды.
Ворота приоткрыты.
Акела изо всех сил рвется наружу, машет хвостом, подпрыгивает, насколько это можно в машине. Выпускаю ее, хитрая морда протискивается в щель между воротами и скрывается во дворе.
- А я лучше сразу биту возьму, ну чтобы не было эксцессов.
А то можно потом просто не успеть ее достать. У твоего мужа оружие есть? - Вероника подергивает бровями. Достает биту, изображает рукопашный бой.
- Ага, у него охотничье ружье есть. И бита нам против него не поможет.
- А кто там к папочке приехал? Акела с блудной матерью вернулись? - голос Миши. И кажется, он не совсем трезв.
Переглядываемся с Вероникой. Она смотрит на меня и отрицательно машет головой.
- Даже не думайте заходить. А если у него уже белочка на фоне алкоголизма.
Не надо так рисковать. Пусть приезжает его любимая, из-за которой это все происходит. И входит первая.
Это правильная идея.
Набираю Алле. Трубку берет сразу.
- Я подъезжаю, ты скоро будешь?
- Жду, - отключаюсь. Мне не о чем с ней разговаривать. Немного нервничаю.
Акела лает, Миша что-то ей рассказывает.
- Акела! - зову ее. Если Миша сделает ей больно, то никакой рехаб ему уже не поможет."
"Морда снова высовывается, но ко мне не выходит. Предательница.
- Теть Ира, не ваша лягушонка в коробчонке скачет?
Поднимаю глаза.
Точно наша, но коробчонка у нее как половина нашего дома стоит. Новая. Интересно, откуда? Сергей так побои заглаживает? Надо узнать, откуда у нее такие деньги. Я не заглядываю в чужой кошелек, но есть ощущение, что часть нашего семейного бюджета к ней перекочевали.
- Ну что ты стоишь! Может, там счет на минуты идет, - закрывает окно со стороны водителя. Вся нервная.
Смотрю на Аллочку. Жизнь не только меня потрепала. Фиолетово-желтые разводы от виска к щеке, волосы не уложены, видно, что не наградила ее природа роскошными локонами.
Морщины, мешки под глазами. Миша - “гениальный” мужчина, может испортить жизнь любой женщине.
Миша что-то кричит Акеле, та радостно лает.
- Алла, мне кажется, ты сильно преувеличила предсмертное состояние того мужчины, - киваю на наш двор. - Ну пойдем, раз приезжали.
Заходим. Сначала Алла, потом бита, за ней Вероника и только потом я.
На ступеньках сидит Миша.
