Я все равно ей сочувствую, хоть она и сама виновата. Слишком женщина любвеобильная.
- Прошмандовка - у нас таких так называют.
- Мам, - стараюсь остановить сплетни. - Ты Артема давно видела? Не могу ему дозвониться.
- Да нет, вчера, что ли, - чувствую, что-то скрывает. - Пора мне.
И кладет трубку, нормально поговорили..."
"Весь день хожу по квартире кругами. Мою чашки, которые уже чистые. Раскладываю три йогурта, кефир и две пачки творога в холодильнике по полочкам. Даже начала протирать пыль, осталось только намыть начать.
Время тянется невыносимо медленно. Еще и погода такая, что не погуляешь. Может, надо купить соответствующую одежду: дождевик, галоши, или резиновые сапоги гулять всегда?
В дверь звонят. Может, соседи, у Веры есть свои ключи. Смотрю в глазок, сердце со стуком падает на пол.
Открываю дверь.
Артем. Мой высокий, красивый мальчик... но какой-то другой. Его осунувшееся лицо, потухший взгляд.
- Привет, мам, - его голос дрожит. Он крепко обнимает меня, и я чувствую, как он держится из последних сил, чтобы не разрыдаться прямо здесь.
Андрей стоит за его спиной, серьезный, сосредоточенный. Закрывает дверь.
- Мам, прости меня, - Артем опускается на стул напротив меня. - Я был полный идиот... Вика от меня ушла, вроде даже на развод подала. Оказывается, ей без денег не нужен. Или и с ними тоже. Я запутался.
Сын начинает рассказывать, что с ним произошло. Каждое его слово будто ножом режет по сердцу. Вика... Как она могла так поступить с моим мальчиком?
""Без отца ты никто,"" - эти слова эхом отдаются в моей голове.
Вижу, как трудно ему произносить каждую фразу, но он продолжает - словно боится, что если остановится, то не сможет больше говорить.
- Я сутки пил, - его голос срывается. - Не мог поверить, что все так быстро закончилось. Думал, что я... что я что-то значу. А оказалось - ничего. Так, страшно признаться, что ты была права.
Хочу обнять его, прижать к себе, как делала это, когда он был маленьким. Но боюсь, что сейчас он воспримет это как жалость. Поэтому просто смотрю на него, стараясь передать все свое материнское тепло одним лишь взглядом.
- Потом позвонил Иван. Это сын Андрея. Я сначала ему такого наговорил, подумал, что ты специально отца засадить хочешь. Послал его куда подальше, а потом он приехал с Андреем...
Андрей кивает, подтверждая его слова. Показывает мне - не перебивать.
- И знаешь, что самое страшное? - Артем поднимает на меня глаза, полные слез. - Я действительно почувствовал себя никем, никчемной гнилью.
