Но я не воспринимала Руслана всерьез.
Ни его ухаживания. Ни предложение платить мне миллион в месяц за то, что буду ставить номера его клубной танцевальной труппе.
Я, конечно, неплохой хореограф и педагог, но не настолько, чтобы платить мне такую баснословную сумму.
Но Руслан мне импонировал, его внимание было приятно, что ни говори.
Ухаживал он красиво. Даже помпезно.
Рестораны, концерты, яхта, самолет…
Впрочем, роскошь меня не завораживала, ведь я и так росла в далеко не бедной семье банкира. Я никогда не рассматривала людей в качестве живых кошельков.
Это для меня не имело никакого значения.
Просто Полянский не был тем, с кем бы я хотела идти по жизни.
Поэтому не переходила на новый уровень, не пускала его в постель.
Чем еще больше распаляла азарт.
А потом случился Карим.
Мы встретились на торгах, куда я пришла с Русланом. Сопровождала его туда по дружбе. Он надеялся выкупить площадку под новый клуб и считал, что она у него в кармане. Я была практически уверена, что на открытии клуба он сделает мне предложение руки и сердца, и мысленно готовилась отказать.
А в итоге предложение мне сделал Карим на открытии очередного ресторана. На торгах он азартно и жестко выиграл площадку у Руслана, а потом и меня у него увел. А я, как в его тигриные глаза взглянула, сразу и пропала.
А теперь мне придется уйти, оставив позади нашу любовь, которую он так запросто предал.
Собралась быстро, не стала брать много вещей, мне ничего не надо, связанного с этим домом, сама себя обеспечу, и малышку тоже.
Вещи – всего лишь вещи, куплю новые.
Моя маленькая куколка ничего не понимала, только агукала и хлопала глазками, сидя у меня на руках.
Последний взгляд на родной дом, который сама своими руками обустраивала, выбирала каждую мелочь, подбирала с любовью. Думала, что это навсегда.
Зря.
На улице за воротами уже ждала машина, присланная Русланом. Поспешила к ней и открыла дверь, располагаясь на заднем сиденье.
Никто меня не остановил. Охране на воротах, видимо, не давали указание меня задерживать.
Значит, Карим и не думал, что я сбегу. Что посмею ослушаться – ведь он наказал мне сидеть дома, ждать его прихода.
Придется, тебе, Карим Мансуров, очень сильно удивиться.
Не на ту напал.
Глухо заурчал двигатель, автомобиль тронулся с места. Оборачиваться я не стала, крепко прижимала к себе доченьку и не плакала, чтобы не пугать ее слезами. Мамочка будет сильной для тебя, моя крошка. Ради тебя я переживу это испытание.
