— Дай нам минутку, — говорит Раят моему отцу.
Тот вздыхает и, понурив плечи, направляется к двери, а я делаю шаг вперед, чтобы он мог выйти.
Я молча смотрю на свое обручальное кольцо, когда Раят подходит ко мне и, обхватив ладонями мое лицо, нежно вынуждает меня поднять на него глаза.
— Прекрати, — приказывает он.
Я пытаюсь отвести взгляд, но его руки не дают этого сделать.
— Я вижу это выражение на твоем лице, Блейк. Я хочу, чтобы ты знала… что бы там ни говорили, или что бы я ни делал — просто знай, что я люблю тебя.
Я киваю, и слезы застилают мне глаза.
— Я серьезно, — притянув меня к себе, он нежно целует меня в лоб. — Может, ты и начиналась как задание, но теперь ты — моя жизнь.
Он опускает руки на мой живот и нежно поглаживает его.
— Вы трое — моя жизнь. И вы, ребята, всегда будете на первом месте. Ты меня понимаешь?
Его слова заставляют мое сердце биться, и я нервно сглатываю.
— Я люблю тебя, — шепчу я.
Поцеловав меня в губы, Раят толкает дверь, и мы входим в Собор. Все Лорды сидят на скамьях, одетые в плащи и маски.
Раят ведет меня к первому ряду, и я сажусь на то же место, где сидела в прошлый раз, когда смотрела, как он пытал того, кто хотел разрушить мою жизнь.
Раят поднимается по лестнице и подходит к свисающей с потолка черной простыне. Он протягивает руку и сдергивает ее, выставляя на показ то, что находится за ней — Мэтта.
Его руки связаны над головой прикрепленной к потолку веревкой. Ноги широко расставлены, прикованы к полу, и на нем только боксеры.
Он весь в крови, и я задаюсь вопросом, как Тайсон мучил его последний месяц, пока Раят выздоравливал. Этого было недостаточно, чтобы его убить, но, судя по оставшимся на нем синякам и засохшей крови, определенно достаточно, чтобы покалечить.
Раят перемещается к бассейну и встает лицом к прихожанам.
— Лорды, я считаю, что это поучительный момент для всех вас, — начинает он. — Вот этот Лорд решил предать свою клятву и быть нелояльным к нам.
Мэтт поднимает голову и впивается взглядом в затылок Раята.
— Каково его наказание? — спрашивает Раят.
— Смерть! — одновременно отвечают все, и я вздрагиваю.
— Продолжай, — рычит Мэтт. — Я ни хрена не скажу!
По лицу Раята расползается улыбка.
— Тебе и не нужно… она скажет.
Просторное помещение заполняет звук открывающейся и закрывающейся на втором этаже двери, а затем я вижу, как мой отец тащит на сцену Валери. Я выпрямляюсь, мои глаза устремляются на Раята. Его глаза уже прикованы к моим.
