— Это было глупо, — говорю я, чувствуя себя полной дурой. — Я просто подумала… хотела доказать тебе, что люблю тебя всего. Даже ту часть, которая забирает тебя у меня.
На его молчание я нервно облизываю губы и добавляю:
— Однажды ты сказал, что сам выбрал эту жизнь. Я хочу показать тебе, что я тоже выбрала ее сама.
Я собираюсь уйти, но Раят обхватывает меня сзади, и я оказываюсь к нему спиной. Откинув мои волосы с плеч на спину, он нежно целует меня в шею, прямо за ухом.
— Ложись на пол, — приказывает он.
При звуке его голоса мое сердце замирает, дыхание учащается.
Не раздумывая, я отстраняюсь и делаю то, что мне говорят.
Он подходит к камину и берет с крючка щипцы, а затем снимает с правой руки кольцо Лорда. Когда я смотрю, как он зажимает его щипцами и подносит к огню, у меня в груди начинает бешено колотиться сердце.
ГЛАВА 55
РАЯТ"
"Я пытался отговорить себя от этого. Я горд тем, что Блейк хочет украсить свое тело гербом Лорда. Для меня это просто еще один способ заявить на нее права. Еще один способ показать, что она моя.
Тот самый, что со временем не потускнеет и не смоется в душе водой с мылом, как тот фломастер, которым я воспользовался в подвале «Блэкаута».
Блейк лежит у камина, сжимая обернутое вокруг ее груди одеяло. Как бы ей ни хотелось обратного, она все еще нервничает. Что вполне объяснимо.
— Убери одеяло.
Блейк распахивает его, показывая мне свое обнаженное тело, и я едва сдерживаю рычание при виде своей голой жены. Она все еще с этим Хэллоуинским мейкапом, с нарисованной на шее кровью и свисающим между грудей перевернутым крестом.
Убрав кольцо от огня, я подхожу к Блейк и опускаюсь рядом с ней на колени. Затем протягиваю руку и беру ее стринги.
— Возьми их в рот. Прикуси зубами, — приказываю я.
Выхватив из моих рук трусики, Блейк делает то, что я сказал. Я прижимаю ее к полу, положив левую руку ей на грудь.
— Сцепи пальцы за головой и сделай глубокий вдох.
Блейк кладет голову на руки, а я опускаю взгляд на ее тело, глядя, как колышется ее грудь. Затем без предупреждения вдавливаю свое кольцо ей в кожу, прямо под левой грудью.
Блейк выгибает спину, рыдая в свой импровизированный кляп. Я несколько секунд держу ее дрожащее тело, а затем отдергиваю раскаленное кольцо.
Отбросив в сторону щипцы и кольцо, я убираю руку, которой прижимал Блейк к полу. Я поднимаю свою жену и, заключив в свои объятия, вытаскиваю у нее изо рта трусики. Ее глаза плотно закрыты, а по лицу текут слезы.
— Ты хорошо справилась, Блейк, — говорю ей я.
