Блейкли будет зависеть от меня во всем, а я буду давать этой женщине все, что она, блядь, захочет.
— Это просто кажется быстрым, — он пожимает плечами.
— Ну, я уверен, что если бы ваша жена хотела, Блейкли уже была бы выдана замуж за Мэтта, — прорычал я.
Он тяжело вздыхает, как будто тоже в это верит. Мистер Андерсон начинает снова перечитывать контракты, когда мой отец заговорил:
— Если это то, чего ты хочешь…
— Да, — твердо говорю я.
Ее отец встает и поправляет пиджак.
— Ты любишь ее? — спрашивает он.
Я думал об этом миллион раз с тех пор, как оказался в тюремной камере, оставшись один на один со своими мыслями. И каждый раз я приходил к одному и тому же ответу.
Нет!
Говорят, что любовь терпелива и добра. Я не являюсь ни тем, ни другим, когда дело касается Блейкли. Я властный, собственнический и безумно ревнивый. Что может означать только одно — я одержим ею! До такой степени, что хочу спрятать ее от всего мира. Я не хочу, чтобы другой мужчина смотрел на нее, не говоря уже о том, чтобы говорить с ней.
Мэтт помог мне понять это.
Поэтому, вместо того чтобы лгать своему будущему свекру, я спрашиваю:
— Ты любил Валери, когда женился на ней?
Он кладет руки на бедра и вздыхает. Я знаю, что у него был брак по расчету. Блейкли этого не знает, но я знаю.
— Я научился любить ее со временем, — наконец отвечает он.
Подхожу к его столу, кладу на него ладони и наклоняюсь.
— Я обещаю, мистер Андерсон, что Блейкли будет в хороших руках. Мне не нужно любить ее, чтобы обещать, что я буду защищать ее.
И это больше, чем сделал бы Мэтт.
Он несколько раз кивает сам себе.
— Ты прав. Но… — он делает паузу. — Мне не нужны деньги. Я все подпишу. Она будет твоей. Но я не возьму у тебя ни цента за нее. Если она решит выйти за тебя замуж, тогда она твоя.
Я улыбаюсь. О, она точно выберет меня.
— Очень благородно с твоей стороны.
— Я не буду таким, как Валери, — он качает головой. Протягивая мне правую руку, он добавляет: — Добро пожаловать в семью, сынок.
БЛЕЙКЛИ
Я стою в своей ванной, подкрашивая губы, когда вижу, как открывается дверь и входит Раят. Ничего не говорю ему и снова смотрю на себя в зеркало. Я и так опаздываю. Я проспала свои будильники. Мое тело было настолько измучено, что мне действительно удалось уснуть, несмотря на свой гнев на него.
Я собиралась пропустить душ, но поняла, что мне нужно вымыть голову, так что из-за этого я отстала от графика еще на двадцать минут.
