— Я более чем готов сделать то, что ты хочешь, но ты должна сказать мне, что.
Отводя от него взгляд, я чувствую, как слезы снова начинают щипать мои глаза от стыда.
— Я… — комок возвращается, и я не могу его проглотить.
Раят осторожно берет меня за подбородок и заставляет посмотреть на него.
— Что?
— Я просто не хочу выбирать, — шепчу я. Мое тело любит, когда над ним доминируют. Как бы он ни хотел это сделать — это нормально. Это пугает, но и возбуждает. Для меня то, что я даю ему власть над собой, дает власть мне.
Это раскрепощает. Для меня это не имеет никакого гребаного смысла, но это то, что я чувствую лучше всего. Я думала, что мне понравится фактор неожиданности, но в итоге это оказалось самым большим возбуждением.
Раят кивает.
— Хорошо, — наклонившись, он нежно целует мой лоб, прежде чем снова притянуть мое тело к своему. — Тебе понравилось, что я с тобой разговаривал? Я хотел убедиться, что ты знаешь, что это я, не испортив при этом тебе настроение.
— Я знала, что это ты, еще до того, как ты заговорил, — говорю я ему.
— Да? — он вскидывает бровь. — Что ж, я приму это как комплимент.
Я хихикаю и пытаюсь сменить тему.
— Почему ты вернулся?
— Я вернулся пораньше ради тебя, — отвечает он, зевая.
Я поднимаю брови.
— Даже суток не прошло.
— Я ненавижу Нью-Йорк, — заявляет он.
Я не упоминаю, что Мэтт сказал мне, что Раят однажды станет там судьей. Сомневаюсь, что он все знает. Скорее всего, он просто лгал, чтобы заронить мысли в мою голову.
— Ты голодна? — спрашивает Раят.
— Нет, — я зеваю и вытягиваю свои отяжелевшие конечности.
— Отдохни немного. Ты, наверное, устала, — говорит он, отстраняясь от меня. Намек на то, что он не собирается ложиться со мной в постель.
— Который час? — спрашиваю я, внезапно почувствовав себя истощенной.
Он смотрит на свой мобильный.
— Почти два тридцать, — затем Раят наклоняется и поднимает верхнюю простыню. Он кладет ее на кровать, а затем делает то же самое с одеялом, сложенным в углу.
Я закрываю глаза и снова зеваю. Я уже почти отрубаюсь, когда открываю глаза и вижу, что он идет к двери.
— Эй, Раят?
Он поворачивается ко мне лицом.
— Да?
— Спасибо, — говорю я снова."
"— Тебе не нужно благодарить меня, малышка, — говорит он, выключая свет и выходя из комнаты.
Я переворачиваюсь на другой бок, натягиваю одеяло до шеи и закрываю глаза, слыша, как он закрывает дверь, когда выходит, не заботясь о том, чтобы принять душ прямо сейчас.
