На самом деле мне просто видимо, от вседозволенности хотелось побывать в этой ситуации…
Дебил.
Ой, дурак, ну, побывал.
И что теперь на руинах поплясать?
Это совсем дерьмово. Это так ужасно, что сидишь, пропускаешь через пальцы песок от разрушенного замка и не знаешь, где взять клей для того, чтобы все срослось.
Ой, дурак.
И вот оно того стоило? Да не стоило оно того. Ни одно предательство не стоит потерянной семьи, ни одно предательство не стоит того, что людям становится больно.
На тот момент я не отуплял этого.
Мне казалось, что все это уляжется, все это скроется и никогда не будет запятнана моя репутация.
Мобильник зазвонил, я поднял трубку, увидел номер безопасника.
— Да? Что? — выдохнул я, сжимая мобильник до трясущихся рук. Было чувство, как будто бы я его раздавить готов.
— Лева позвонил, сказал, что пациент найден.
Я вздохнул.
— Ну, Лева сам приедет или как?
— Да. Сейчас тогда мы обсудим, во сколько встречаемся.
— Скидывай адрес, я тоже подъеду.
Адресом оказался спальный район на выезде из города, маленькие типовые хрущевки, стоящие квадратиками, внутри которых были дворы с детскими площадками.
Лева, коренастый, немного сутулый мужчина, протянул руку, поздоровался и уточнил:
— А что случилось?
— Представился каким-то полковником, довёл жену до обморока, а потом свалил, оставив её задыхаться на полу.
— А…так это такая интересная история. Ну хорошо. Ну, вы же понимаете, что все наши действия, они не регламентированы.
— Ты хочешь сказать, что здесь сейчас самовольная ситуация?
— Ага,— выдохнул Лева, хлопая себя по карманам куртки и вытаскивая из внутреннего пачку сигарет.
— Ну давай ты как-нибудь сам со своими отчётами разберёшься, а я уж не останусь в долгу.
У Левы блеснули глаза, и я понял, что мы договоримся, однозначно договоримся.
Когда мы поднялись на третий этаж в боковую квартиру, я понял, что если сейчас увижу эту наглую физиономию, то просто выбью ему все зубы, и да, дверь открылась, и когда Лева махнул корочкой, мужик постарался захлопнуть дверь.
Но Лева застопорил её, ну а потом следом, и я не остался в стороне.
Зайдя в комнату, первое , что я все-таки сделал, это добрался до мужика и как следует тряхнул его, прибивая спиной к стене.
— Ну что, давай пообщаемся, подполковник грёбаный, — хрипло выдохнул я, ощущая, что по крови разливался адреналин, смотрел в эти напуганные поросячьи глазки и хотелось ушатать, бить ногами, да желательно по рёбрам, так, чтобы сломать, чтобы харкал потом тварь кровью.
