Но в этот момент откуда-то из-за прилавка с пакетом пельменей и упаковкой почти готовых чебуреков появился Владимир.
— Правильное питание… Похвально, — заметил он. — Но вы не бойтесь, не бойтесь, Зоя Марковна, раз уж я вас сюда привёл, я уж отсюда вас и выведу. Идёмте на кассу.
Мне показалось неловким становиться в одну кассу с Владимиром, поэтому, когда я увидела, что у соседнего стеллажа очередь немного рассосалась, то я тихо произнесла:
— Я туда пойду, там быстрее, по-моему, идёт. Владимир смерил меня взглядом и поиграл бровями, а я, быстро развернувшись, пошла и стала выкладывать на ленту продукты.
Все оплатила, посмотрела на два пакета, по-прежнему стоящие в тележке, и все-таки потянулась за мобильником, но в этот момент сосед приблизился, наклонился, вытащил сумки и произнёс:
— Идём, Зоя Марковна, наша прогулка закончена.
Под градом смущения я выскользнула из супермаркета и ощутила, что, несмотря на мороз, на холод, мои щеки просто горели огнём.
Это было немного странно, вроде бы ничего такого, никакого намёка или чего-то другого, но мне было так люто неловко, и мне кажется, это было следствием того, что в своей жизни я не общалась с мужчинами.
То есть это были компаньоны мужа, это были его друзья, которых точно можно попросить там о какой-то услуге, но это не были чужие, и сейчас именно от этой чуждости мне казалось, что я поступала как-то излишне вызывающе, что ли, но когда мы приблизились к подъезду, Владимир заметил:
— Вы бы за покупками так одна не ходили.
— Да да, я понимаю.
И в этот момент я сделала несколько шагов в сторону ступеней и, открыв подъездную дверь, придержала её, чтобы Владимир смог зайти.
— Благодарю, — произнёс он, заходя в подъезд, а я, зачем-то обернувшись на двор заметила припарковавшуюся машину мужа.
Виктор медленно вылез из авто и вперился взглядом в исчезнувшего в подъезде соседа.
А потом его глаза упёрлись в меня.
Глава 33
Виктор
Спустившись на первый этаж к консьержке, я наклонился к окну и хрипло произнёс:
— Записи с камер наблюдения за сегодня.
— Но мы никому не даём, — выдохнула Марья Петровна, И я посмотрел на неё нечитаемым, испепеляющим взглядом.
— Давайте мы с вами сделаем вид, что вы мне ничего не давали, а я у вас ничего не брал, но тем не менее записи окажутся у меня.
Мария Петровна пошла пятнами. Это была приятная, обходительная женщина, которая ухаживала за всеми цветами в подъезде и контролировала входы, выходы всех домашних.
