Да нет, глупости какие-то, не могла Зоя так поступить.
Я зарычал, откинулся на кровать, зажал ладонями глаза. Да твою мать, что ж все так по-паскудному происходит, как же меня задрало такое отношение…
Выдохнув, я медленно встал с постели, прошёл в свой рабочий кабинет, стянул с плеч пальто, бросил его на диванчик и открыл ноутбук.
Ну ничего, ничего, сейчас мы выясним, куда это Зоя у нас намылилась, а заодно ещё разберёмся, может быть, у неё друг сердечный появился, а я здесь себя карами всеми божьими посыпаю.
Я открыл геолокацию, установленную на машине, запустил программу, чтобы отследить перемещение, и когда на экране мигнул несколько раз значок поиска, нахмурился. Машина стояла на паркинге. Ну Зоя молодец. Молодец. То есть куда-то вышла, что-то сделала и уехала в неизвестном направлении. А мне она что делать предлагала? Как в этой ситуации себя вести? Все-таки пришлось вытащить мобильник."
"Я нервно и быстро набрал номер жены, но абонент не абонент, меня то ли заблокировали, то ли принципиально не брали трубки, и это было нихрена не нормально, потому что взрослые люди не ведут так себя.
Взрослые люди всегда решают в диалоге, что зачем и почему. А так, как ведёт себя Зоя, это кроме как ребячеством назвать невозможно. Нам не по пятнадцать лет, не по двадцать и не по двадцать пять. У нас возраст, у нас обстоятельства, у нас сложенная стабильная жизнь. Я ни слова никогда жене не говорил в отношении всей нашей жизни. Не хочешь готовить, не готовь пожалуйста. Не хочешь убираться, не убирайся, не хочешь стирать, господи, не стирай.
Я был тем мужиком, которому по факту на большинство всего было похрену, потому что я не считал женщину домработницей, уборщицей, поваром, нянькой. Все, что делала Зоя в нашем браке, это она делала, потому что хотела, а не потому, что это на надо было.
Я считаю, что со своей стороны я сделал максимально все для того, чтобы у нас были здоровые, нормальные отношения и в этих здоровых, сука, нормальных отношениях я хотел такой мизер, просто как принятие проступка.
Я никого не ограбил, я никого не убил, я никому голову не оторвал. Я не собирался уходить из семьи.
Бешенство поднималось в груди, я качнулся, встал из-за стола, прошёл вдоль кабинета и, выйдя из него, снова вытащил мобильник, надо было позвонить Розе и узнать, может быть, она в курсе, где у нас загуляла мама, но я не успел даже набрать её номер, потому что дверь квартиры открылась, и из-за неё показалась прыгающая на одной ноге Роза.
