Это одна из практик, которой я научилась, посещая психотерапевта в Лондоне.
– Ма-а-а… – вдруг раздается тихий голосок Арсеньки.
– Тш-ш-ш… Молочка?"
"Оторвав кучерявую голову от подушки, он хлопает сонными глазками и сразу садится.
Зная, что он непременно разбудит брата, быстро поднимаюсь с кресла и беру его на руки. Обняв за шею и готовый вот-вот уснуть, сын пристраивается на моем плече.
Я несу его на кухню. Удерживая одной рукой и покачивая, наливаю в поильник и подогреваю молоко.
Арсений, в отличие от Ромки, все еще просыпается ночами для того, чтобы перекусить, но зато утром спит гораздо дольше брата.
Я не знаю, чего мне хотелось бы больше – неспокойная ночь, но возможность поспать утром, или наоборот. Пока об этом приходится только мечтать и подстраиваться под них обоих.
Выпив половину, Арс зевает и снова укладывается на меня. Вернув его в кровать, я сижу в детской, пока сама почти не засыпаю.
Потом навожу порядок на кухне, принимаю душ и, поставив на тумбочку у кровати радионяню, ненадолго отключаюсь.
Мне снова снится этот сон. Я в каменном лабиринте безуспешно ищу выход. С каждым шагом проходы становятся все уже и ниже, пока мне не приходится опуститься на колени, чтобы ползти вперед.
Холодно, страшно и абсолютная уверенность в том, что я снова упрусь в тупик. Меня разбивает паралич – безмолвно крича, не могу даже пошевелиться.
Просыпаюсь внезапно от ворвавшегося в скованное ужасом сознание детского хныканья.
Глава 2
Варя
Гулять с моими сыновьями тот еще квест – событие масштабом в полдня.
Особенно, если сейчас на календаре февраль с локализацией в России.
Для того, чтобы ни у кого не испортилось настроение, мы должны быть сытыми и выспавшимися, одновременно одетыми, выведенными на улицу и с удобствами усаженными в двухместную прогулочную коляску.
В одиночку справиться нереально, поэтому все препятствия преодолеваются с помощью нашей няни Марины.
Сегодня гуляем по тому же сценарию. Одетые в теплые пуховики и шапки, мальчишки с любопытством глазеют по сторонам.
Им в новинку суровый климат и белые сугробы. Снегопад в Лондоне они видели всего пару раз и, разумеется, его уже не помнят.
– Дог! – вскрикивает Ромка, заприметив бегущего на поводке перед своим хозяином французского бульдога.
– Собака, – поправляю мягко.
– Бака… – вторит мне Арсенька.
Коляска тяжелая и широкая, но при этом удобная и достаточно маневренная. Легко переехав невысокий бордюр, я качу ее по заснеженной аллее парка.
