Боясь новой панической атаки, я тяну воздух носом и захожу на кухню.
– Давай поговорим, Станя, пожалуйста… Выслушай меня!
– Уйди!.. Не сейчас!
– Нет, сейчас! Прошу!.. Я хочу все рассказать…
Он словно не слышит. Снимает с держателя еще один бокал и наливает виски. Выпив сразу весь, мотает головой.
– Мама была права. Она давно все поняла… – проговаривает хрипло.
– Как она могла понять?
– Говорит, у тебя вина на лбу прописана.
Машинально взлетевшие к моему лицу руки с силой растирают его. Чувство жжения на лбу не исчезает.
Это только подстегивает продираться к своей цели дальше.
– Я не отрицаю своей вины… я хочу все исправить.
– Как? Развестись?..
Черт!.. Да!
Да! Да! Да!..
Я хочу развода стократ сильнее, чем когда-то хотела свадьбы с ним! Я больше не могу мучить нас обоих. У меня не осталось сил лгать каждый день.
Я хочу жить!
Словно услышав мои мысли, Станис хрипло выдыхает и падает на стул. Ему больно, а мне больно за него. Я не оправдала надежд, подвела, предала. Я худшая из жен.
– Станя…
– Ты с кем-то спала перед свадьбой? Кто он?.
."
"Я прохожу вглубь кухни и, открыв воду, умываю лицо. Мне очень жарко.
– У нас было всего один раз. Это правда.
– Кто он?
– Ты его не знаешь, – отвечаю, решив что ни за что не назову имени Денежко.
– Блядь! Я никого здесь не знаю! – выкрикивает с агрессией, – Просто скажи, кто он. Твой однокурсник, сосед… Кто?!
– Знакомый.
– Ты трахалась с ним, а потом звонила мне и говорила, что любишь?!
– Нет, все не так…
– А как, Варя?! Почему ты не рассказала мне до свадьбы?!
– Я не могла! Это произошло тогда, когда свадьбу уже было невозможно отменить! Было слишком поздно!.
.
– Сука! А надеть белое платье и изображать из себя целку возможно было? Повесить на меня чужих детей возможно было?!
– Если бы я знала на тот момент, что беременна…
– Заткнись! – рявкает, дернувшись в мою сторону, но так и не поднявшись со стула.
– Прости меня, пожалуйста… – шепчу спустя небольшую паузу, – Я хочу все исправить.
– Вот почему ты так рвалась сюда, да?.
. Думаешь, вернуться к нему?
– Нет, конечно. Я просто хочу жить в родном городе рядом со своими родителями. Как раньше.
Станис не верит, и я его понимаю. Жалит меня яростью и обидой, а я не хочу давать сдачи, потому что боюсь, что мы расстанемся с ненавистью друг к другу.
– Где он был все это время? Два с половиной года!..
В моих мыслях и сердце. Был и остается.
– Понятия не имею…
– Он знает о детях?
Я быстро облизываю сухие губы и отрицательно качаю головой.
