Неужели они даже не знали, что она была с ним в Кисловодске и теперь снова живет в его квартире?
Обо мне, если бы не наши дети, его родственники тоже никогда не узнали? Или просто Аля не я?..
Эта мысль как вкусная конфета – быстро растекается на языке и затапливает меня сладостью.
– Может, еще познакомит, – бормочу под нос, опасаясь утонуть в своих мечтах.
Дойдя до конца аллеи, мы разворачиваемся в обратную сторону. Мальчишки продолжают крепко дрыхнуть. Юля, покончив с мороженым – тихо вздыхать.
– Знаешь, а ведь отец моего Ромки тоже узнал о нем, когда ему исполнилось три года, – вдруг говорит Настя.
– Твой муж?! Кирилл?..
Ударивший в мои виски пульс пускает черных мушек перед глазами. А вот это настоящее потрясение! Я не верю своим ушам!
– Да… У нас своя история, – усмехается она, – Не сразу все было так замечательно, как сейчас.
– Вы расставались на три года?!
– Да мы, собственно говоря, до этого и вместе никогда не были. Одна ночь, случайная беременность.
– Боже!.. – выдыхаю я, чувствуя как много во мне откликается с ее словами.
– Кир был в серьезных отношениях к тому моменту, когда узнал о Ромаше. Его девушка уже выбирала свадебное платье…
– И он с ней расстался, чтобы быть с тобой?
– Выходит, что так, – отвечает со смехом, – И я не удивлюсь, если Лешке придется сделать то же самое.
– Вряд ли. Он никогда не простит меня, Настя. И чувств у него давно нет.
– Посмотрим…
– Я ни на что не рассчитываю.
В этот момент просыпается Арсений.
Глядя на Юлю сонными глазками, вдруг широко улыбается и тянет руки, требуя, чтобы его вытащили из коляски.
Глава 40
Варя
Пробуждение выходит резким и неожиданным. Как выныривание из глубины и жадный глоток воздуха. Подскочив в кровати, я откидываю одеяло и ощупываю сама себя – кожа горячая, влажная. Терпкий запах выделений ударяет в нос. Между ног болезненно ноет, а сбившееся белье мокрое насквозь.
– Нет!.. Мать вашу!.. Только снова не это!
Убрав прилипшие ко лбу липкие пряди, я срываюсь с места и несусь в ванную.
Одной рукой настраивая прохладную воду в душе, второй впопыхах срываю с себя одежду. Грудь дергается от еле сдерживаемых рыданий. Почему в такие постыдные моменты мне безумно жаль себя?..
Я их ненавижу! Ненавижу и боюсь, когда с моим телом происходят эти штуки. Это всегда случается одинаково – сначала я вижу Лешку во сне, холодного, далекого и неприступного.
