Останавливает меня страх ранения и необходимость поддерживать репутацию и не упасть в грязь лицом.
Лицо после смыва штукатурки становится бледным, но мне на это всё равно. Раз Герасим притащил меня сюда для своих целей, совершенно не обращая внимания на то, что я женщина, то и на мое лицо не глянет.
Пока я иду обратно к столику, в голову приходит тысяча идей, для чего ему нужно было, чтобы я составила ему компанию. Неужели здесь находится та, чье внимание он хочет привлечь? Вызвать ревность, заставить негодовать и страдать, что мужчина выбрал себе другую спутницу на вечер?
Вот только как бы я себя не любила, не обманываюсь и понимаю, что я не та женщина, с помощью которой можно вызвать ревность.
Так что когда возвращаюсь к Герасиму за столик, так и не понимаю, что ему от меня нужно.
– Вы смыли косметику? – с удивлением подмечает он сразу перемены в моей внешности, а мне хочется опустить голову и стать незаметной.
Косметика для женщин – некий барьер, который позволяет спрятаться за ним и побыть недолгое время другим человеком.
Более симпатичным. Более желанным. Просто другим.
– Да, я… – говорю я, собираясь высказать ему всё, что думаю о том, как гнусно он меня использует, но он меня опережает.
– Вам так больше идет. Вы очень красивая женщина, – говорит он, и его слова звучат до того просто и не пафосно, что я не сомневаюсь в их правдивости. Именно так он и считает.
Первым порывом было покачать головой и сказать, что он льстит мне, но я довольно быстро прикусываю язык, вспомнив наказы Маши.
Никогда не говори мужчине, что он не прав, если он тебя хвалит.
Это верный путь убедить его в своем мнении и заставить взглянуть на тебя твоими же глазами, которые слишком придирчивы и способны найти изъяны там, где мужчина видит твою изюминку.
Я же, столкнувшись с такой ситуацией с посторонним человеком, вдруг вспоминаю все те комплименты, которые когда-то мне говорил муж. И чем дольше думаю о прошлом, тем сильнее мрачнею, осознавая, что с каждым годом их было всё меньше и меньше.
Пока я стояла у домашнего зеркала и комментировала вслух свои недостатки, лишние килограммы, появившиеся морщины и целлюлит, Антон смотрел на меня со стороны и укреплялся во мнении, что я…"
"Что я хуже Фаины.
Я хмурюсь, пытаясь не думать о бывшем муже и его любовнице, так как пропадает не только аппетит, но и портится настроение, но маховик запущен, и я не могу уже избавиться от мысли, что в нашем отдалении есть и доля моей вины.
