Звоню в полицию и сообщаю о шуме, который мешает соседям, а сама спускаюсь вниз. Пишу Кеше, чтобы повлиял на то, чтобы толпу железобетонно посадили в обезьянник хотя бы на сутки. Будет им уроком, который они вряд ли забудут.
Оказавшись дома, почти сразу забываю об этом инциденте, но на следующее утро мне в истерике звонит Фаина.
– Немедленно забери заявление, Дина! Мой сын не сядет на десять лет в тюрьму! Ты что, издеваешься?!
Глава 19
Я сижу в отделении полиции уже час, но меня до сих пор так и не вызвали.
Я обхватываю себя руками, чтобы погреть руки, а сама пытаюсь понять, что вчера произошло.
Ехать в отделение полиции мне не хотелось, но как только Адель узнала, что ее драгоценный Марк находится в спецприемнике, не унялась, пока я не согласилась ехать с ней.
– Позвони дяде Кеше, где он? Почему так долго?
Адель шмыгает носом, а Свете возвращается с уборной и прижимается ко мне, ища защиты. Не знает, что происходит, но чувствует неладное. Я же молчу, не отвечаю Адель, как и не собираюсь звонить Кеше.
Приедет, как приедет. Я и вовсе была против вмешивать его в эту ситуацию, но дочь сама позвонила дядьке, вызвала его сюда, почти ничего не объяснив.
Первыми, вопреки моим надеждам, приезжают Антон с Фаиной. Если последняя выглядит неважно, с кругами под глазами, впалыми щеками и растрепанным пучком на голове, то вот Антон в костюме, словно его выдернули с офиса.
Я на них не смотрю, но прекрасно боковым зрением вижу, как Адель подрывается и тянется к Фаине. Ищет у нее поддержки и получает ее.
Даже забывает, что Фаина, узнав о ее беременности, не поддержала ее, а выгнала из дома. Видимо, хотела таким образом избавиться от моей дочери так, чтобы не вызывать вопросов у Антона.
Как матери, мне больно наблюдать за тем, как моя дочь выбирает ту, которая украла у меня мужа, и я снова чувствую себя идиоткой, которая повелась на материнские чувства и позволила снова вытирать об себя ноги. Даже сейчас я нужна Адель лишь для того, чтобы с моей помощью заполучить Марка, который не спешит брать ее в жены.
В моей семье всегда было принято помогать друг другу и поддерживать семью в трудные времена, но я никогда не сталкивалась с тем, чтобы родственники предпочитали чужих родной семье. Поэтому и не знала, как вести себя со старшей дочерью, которая даже не скрывала того, что считает меня старухой, которой личная жизнь ни к чему. Ставила свои интересы превыше моих, считая меня роботом.
– Антон, иди и узнай, что на самом деле произошло.
