Хотел, чтобы враги, и особенно БЕГЛЯНКА знали, что я счастлив с другой!
Сегодня все жители королевства получат подарки: еду, деньги, памятные статуэтки и праздничные ленточки, с вышитыми нашими портретами, которые так кропотливо подбирала Меделин. Моя новая жена, казалось, и сама хотела утвердиться в своём положении, заявить о себе, как можно громче. Сегодня в каждом городе будет пир в честь нашей свадьбы.
И ласточка, где бы ни была, всё услышит.
Я все эти дни, всю проклятую неделю, её искал. Выл волком. Словно кусок мяса вырвали.
Ласточка сбежала, как она могла⁈ Мой зверь стенал, рвал меня заживо, словно истинную потерял. Но Аннет никогда не была моей истинной, я с ней, твою мать, пятнадцать лет спал. Бешусь, наверное, потому что она просто досадила мне, обвела вокруг пальца, сняла метку и сбежала. Свободы она хотела… Нет, ласточка, от меня у тебя свободы никогда не будет. Пусть и бывшая, ты моя жена. И я найду тебя, найду, даже не сомневайся. И тебе не понравится, что я с тобой сделаю.
На уши были подняты все службы.
Аббатство чуть ли не до основания разобрали — я нашёл тайный ход и вычислил, что ласточка сбежала в лес. Очевидно, на дороге её кто-то подобрал: одна бы она не смогла сбежать. Это значит, я найду её сообщников и всех приговорю за госизмену."
"Мы с Меделин подошли к карете, и тут в толпе я выцепил взглядом Эдуарда. Службы доложили, что он явился на церемонию. Предатель-мой младший брат круглыми глазами осматривал мою молодую жену. Проклятый ублюдок, мамкин любимец, если он подойдёт к Меделин хоть на шаг, я его закопаю, даже если леди Кенделен навсегда запишет меня в моральные уроды и вместо молитв будет просить Господа о проклятиях.
Я должен лучше спрятать Меделин от Эдуарда — очень не понравился мне его взгляд.
Мы сели в карету, и я, наконец, расслабил пуговицы на вороте мундира.
— Милый, а почему ты не стал ставить брачные метки? — скуксилась Меделин.
— Тебе что, не нравится твой брачный браслет? — бросил на неё тяжёлый взгляд.
Браслет толще, чем у обеих моих прежних жён вместе взятых, — и всё ей мало.
— О, браслет шикарен, спасибо, милый! Но у Аннет была метка, и я тоже хочу, ведь я рожу тебе ребёнка, — надула губы жена.
— Роди сперва, ты много болтаешь, Меделин. С этого дня будешь сидеть в замке под присмотром до самых родов и беречь моего сына. Охрану утрою.
На мои слова про усиление безопасности, она только облегчённо вздохнула, словно защита ей действительно от чего-то требовалась.
