— Ваше Величество, — поклонился в ноги пожилой мужичок с трясущейся от страха бородой — никак не ожидал встретить короля.
— Расскажи мне всё, — приказал я, расположившись в кресле в кабинете начальника заставы.
Мы все устали. В крови бурлил жар после битвы, а мысли то и дело метались прочь. Зверь вонзал когти в сердце.
Пока слушал нервный обрывистый рассказ старика, всё вспоминал горячую ночь с Аннет. Дракон внутри скулил, царапал грудную клетку и готов был лететь обратно к ней. Забрать из монастыря, пока она не принесла обеты и завладеть ею безгранично.
Нет! Я сказал: нет, зверюга ты проклятая!
Я снова магическим знаком оглушил своего дракона.
Она уже в монастыре — забудь! Сама так захотела, отказалась от тебя, зверь! Зачем она тебе? Старая и бесплодная! Она не родила тебе сына за пятнадцать лет! Но опять бесстыдница стоит перед глазами голая, горячая, — и кровь в жилах закипает от желания.
Я вцепился ногтями в подлокотник кресла так, что пальцы побелели. Я мужчина и воин, я не поддамся животным инстинктам зверя.
У меня есть долг, стране грозит опасность. Я должен здесь всё разрулить.
И, может быть, потом…
— Я своими глазами видел демона у себя на дворе, клянусь, Ваше Величество! — продолжал старик. — Дело было так. Ночью меня разбудил шорох. Я подошёл к окну и увидел, как двухметровая тварь с красными глазами рыла землю в огороде и нюхала её — как будто что-то искала. Я застыл в оцепенении, дождался, когда демон уйдёт, — в общем-то и весь рассказ, Ваше Величество.
Следующей привели женщину, и она рассказала похожую историю. Потом я выслушал ещё двух девушек, но те встретили демона не в своём огороде, а в лесу, — и он тоже что-то рыл.
— Демоны как будто что-то ищут, — задумчиво произнёс полковник Рокат.
— Нужно понять, что они ищут. Да только не допросишь ведь тварей! Низшие не владеют речью, а высшие, их новые предводители, пока не являются, затаились, — процедил я сквозь зубы.
За окном уже взошло солнце, когда я закончил с допросами.
Я невыносимо устал. Не спал прошлую ночь, был с Аннет, и эту — возился на границе. Прикрыл глаза на минуту, и снова в голову полезла женщина с белыми волосами, огненная, жаркая, со сводящим с ума ароматом свободы и счастья. Стоны её до сих пор стояли в ушах. Ласточка. Ласточка моя. Как я хочу к тебе. Обнять, вдохнуть. Чтоб ты обняла меня. Упоение лишь с тобой.
В дверь постучали, и я прогнал непрошенное наваждение.
— Да! — воскликнул я.
