Монстр застегнул брюки, как будто ничего не произошло.
— Теперь иди, — кивнул мне на выход.
Несмотря на близость, на то, что сбросил пар, он всё ещё зол. Чертовски зол.
Трость жалобно затрещала, когда он поднял её с пола.
— Мне нужно в ванную! — выпалила я, поправляя платье.
Как же пекло внутри от всего, что он со мной сделал. Словно яд по телу растекалось отвращения к самой себе — что я получила удовольствие с мучителем.
— Ты уже сходила умыться. Вперёд, Аннет! — муж подтолкнул меня в спину.
Мерзавец! Бездушный, эгоистичный, похотливый чёрт! Я надеюсь, что судьба его ещё треснет по башке за всё это.
Я сделала шаг, чувствуя как по бедру стекает его… Кошмар.
Нутро сдавило огненной удавкой. Я чувствовала себя совершенно беспомощной. От мысли, что Аннет бесплодна, впервые в жизни я испытывала облегчение. Никогда ни под каким предлогом я не согласилась бы родить от этого чудовища.
А на улице вместо моего просторного чёрного экипажа ждала другая карета. С окнами, на которых были решётки.
— Я никому не даю второго шанса, ласточка, — проговорил монстр, увидев мой взволнованный взгляд. — Ты посмела ослушаться меня, отказалась от моей милости — теперь поедешь, как заключённая. Без остановок и лишних разговоров — прямиком в аббатство. Я хотел по хорошему, но ты не оценила. А ты, Лоуренс, — монстр развернулся к пожилому мужчине. — Ты повёлся на манипуляции женщины, я освобождаю тебя от обязанностей, уходи прочь.
— Спасибо, Мой Лорд, — поклонился Лоуренс. А благодарил, видимо, за то, что не наказали.
— Теперь сопровождать тебя будет полковник Хорст, ласточка, — монстр указал на стоявшего возле кареты мужчину в военном мундире, поджарого и мощного, с лицом, покрытым глубокими шрамами, и жестоким взглядом.
Он был похож на чудовище, подобное мужу. С таким, в отличие от Лоуренса, не договоришься.
Я не успела додумать мысль, как ощутила в ногах слабость, а за грудиной — пожар."
"Сегодня с самого утра меня мучили странные ощущения в теле, и я списывала это на последствия близости (занятие этим ночь напролёт не могло пройти бесследно, я ведь не молода), но теперь огонь в груди жарил слишком сильно.
Раздался глухой хлопок в ушах — и волна раскалённой лавы прокатилась по венам, выжигая меня изнутри.
Я вскрикнула и начала опадать.
Последнее что увидела, перед тем, как потерять сознание — были ошалевшие золотые глаза Рейгарда. Он успел подхватить меня, а я стиснула в кулаки руки, из который так и рвалось магическое пламя.
