И честно, мне не понравилось, — Элена прикусила губу. — А потом я встретила Томаса, и он вообще переменил мой мир, мои взгляды. Мы вместе посмотрели мир во время паломнической поездки, и я поняла, насколько дурно себя вела. Я надеюсь, ты простишь меня, Аннет.
Мать Кенделен ласково улыбнулась внучке.
— Я не держу зла, — проговорила я. — Что было, то прошло. И кто этот загадочный Томас, ты расскажешь?
— Он не загадочный, он мой жених, военный! Сейчас служит на границе. У нас скоро свадьба, — глаза Элены загорелись огоньками.
— Ого! — удивилась я. Неожиданно было услышать, что Рейгард отдаёт свой цветочек замуж, Элена ведь вся такая папина дочка.
— Я покажу тебе его портрет, если хочешь! — воскликнула Элена.
— Конечно! Давай.
Девушка достала из поясной сумочки маленький квадратик, на котором было изображение статного молодого офицера. Красивый юноша, интересный. Умный взгляд.
— Хорош. Поздравляю, Элена, — улыбнулась я, возвращая портрет.
Девушка бережно убрала квадратик в сумочку, а затем бросила вопросительный взгляд на колыбель:
— А можно посмотреть? Одним глазком?
— Да, конечно, — проговорила я.
Мы вместе приблизились к детской кроватке и вместе с матерью Кенделен склонились над малышами. Райнхард и Геральд сладко спали.
— Какие крошечные, — прошептала Элена. — И милые.
Полюбовавшись детками, девушка ещё раз меня поздравила и расцеловала в щёки на прощание.
А вечером в аббатство прибыла леди Валенсию, по приказу короля, конечно. Целительница разместилась в одной из комнат в моих покоях, мать Кенделен тоже осталась ночевать со мной и детьми.
Женщины помогали во всём с детьми, и я чувствовала себя почти как в санатории, если бы не кормления каждые два часа. В перерывах я забывалась сном. В таком режиме прошли сутки.
Я всё ждала новостей от Рейгарда и волновалась. И ближе к вечеру следующего дня новости появились.
Я лежала на постели с детьми. Мальчики, оба, только что поели и заснули, а я с умиротворённой улыбкой любовалась ими. Ну, чудо же, чудо! Маленькие пальчики, чудесные носики.
Мои крошечные малыши.
Дверь в комнату тихо открылась. Вошёл король.
Фигура его была осунувшейся, хромал сильнее обычного. Под глазами тёмные круги, а волосы взъерошены. Я сразу поняла, что всё это время он не спал и даже не отдыхал.
А ещё на мундире были следы магического огня и пятна крови — Рейгард сражался.
Я подтянула на себя простынь и под покровом ткани осторожно принялась убирать грудь под платье. Внизу живота прокатился холод от неловкости.
