Но от кого коробки?
Может, леди Элеонора перед отъездом решила сделать подарок?
Или Эдуард, наконец, узнал, что я родила и прислал гуманитарную помощь?
— Анна, ты что-то ищешь? — проговорила леди Валенсия.
— Я ищу записку! От кого это всё, вы не знаете?
— Знаю, — кивнула женщина и мягко улыбнулась.
72
Рейгард
Я вернулся в свой замок, скинул мундир и переоделся в свободный чёрный костюм — в таком не отличишь во мне короля, да и крови на нём не видно. То, что нужно для сегодняшнего вчера. Высыпал из сейфа сильнейшие магические артефакты и, пошуршав баснословно дорогими камнями, достал нужный: артефакт скрытности — с ним меня не обнаружат дозорные, когда пересеку границу.
"
"Вот Меделин тварь! Я психовал, стискивая зубы. Потоптала она моё мужское самолюбие. Подала на развод — где это видано, чтобы женщина что-то решала?! Я забрал её брачный браслет и испепелил магической силой. Бумаги, которые королева дала на подпись, с условиями и отступными, я порвал. Не будет мне кукла условия ставить! Тварь лживая, если бы не солгала, что ребёнок мой, а пришла и попросила помощи — неужели я бы отказал? Другим женщинам Эдуарда я не отказывал: двух мальчиков зачислил в полк, большие уже парни, мужики целые, хорошие воины.
А эта тварь связалась с демонами.
Я снял свой брачный браслет и уничтожил, расплавяляя металл магией, а затем расщепляя в пыль. Всё. Теперь по закону я с Меделин развёлся!
Потёр пустое запястье — непривычно, пусто.
Пора признаться себе.
Я слишком боялся проклятия отца и до конца не хотел в него верить. Думал, блефовал демон. Я женился на Летиции в двадцать, чтобы утвердиться в роли мужа и отца. А когда она погибла — почти сразу — на Аннет. А теперь… Нужно принять, что я никогда не обзаведусь настоящей семьёй и наследником. Я проклят. Вот — и Анна смогла родить, как только ушла от меня. Бл…! Ласточка! При мысли о загадочной женщине из другого мира: хваткой, яркой, умной, я выть был готов!
Зверь стонал и рвался наружу.
К ней! Но нельзя! Нельзя, зверь!
Я должен отступиться от жены брата. Забрать чужую женщину мне запрещает совесть! Тем более, она его любит. Она звала его в родах! ЕГО!
А этот урод не пришёл.
Перед тем, как полететь в Южное королевство за предательницей, я запросил у служб местонахождение Эдуарда — брат всё ещё находился у себя в поместье, пьяным.
Нутро обжигало. Я едва удержался, чтобы не отправиться к нему и не перегрызть ему глотку.
