В тот поздний вечер мы возвращались из Ковена вместе.
Мне было шестнадцать, я готовился поступать в Академию полиции, и в те дни, когда не изучал теорию и не тренировался, то торчал у отца на службе, чтоб набраться опыта.
Это был спокойный, тихий вечер нашего короткого северного лета, когда ничто не предвещает беду.
Мы шли, разговаривая о вчерашнем громком и дерзком ограблении «Цисмолд и Ко» — впервые за всю историю существования конторы!
Я с восхищением слушал версию отца, который уже разложил действия преступников по полочкам и составил грамотный список оперативных мероприятий.
У него был такой ясный аналитический ум!
Сильный и опытный, мудрый и справедливый — он был моим кумиром. Как же я мечтал стать хоть немного похожим на него и не посрамить честь его мундира!
Вдруг из подворотни раздался истошный женский крик и детский плач, а через секунду на дорогу выбежал испуганная маленькая девочка лет восьмив русых кудряшках.
— Помогите! Там моя мама, моя мамочка! — захлебываясь слезами, закричала она.
— Спасите ее, добрые господа!
Мы с отцом бросились в подворотню…
Вот только никакой «мамочки» там не оказалось.
Засада.
Десять наемников-головорезов с арбалетами.
Будь на месте отца кто-то другой, то у нас бы не было шансов.
Но отец умел мастерски стрелять с двух рук.
Его воплощением был Стрелок.
Он поразил девятерых, а я поймал десятого, который хотел трусливо сбежать.
Прижав его, мы выяснили, кто заказчик.
Чернявый часовых дел мастер в золотом пенсне.
Он щедро оплатил наемникам убийство офицера Альберта Рэтборна, который шел по его следу.
Часовщика нужно было брать быстро, потому что наемник слил информацию о том, что он собирается поменять внешность и пуститься в бега.
Отец запросил Ковен о подкреплении, а мне велел идти домой.
Но я не мог его бросить. Не ушел, несмотря на приказ.
В часовую лавку мы отправились вместе.
Нервный Часовщик, дрожа от страха, метался по своему логову, бросая вещи в чемодан.
На самом дне чемодана лежал металлический футляр с брегетом — серебряными часами на длинной цепочке.
Обезвредив маньяка, отец раскрыл футляр, рассматривая старинный и древний артефакт, обладающий такой силой…
Но в этот момент Часовщику, надежно скованному обездвиживающим заклятием, каким-то чудом удалось высвободить руку.
Он притянул ею брегет за цепочку и быстро откинул крышку.
На циферблате блеснул тонко выгравированный череп с рубинами вместо глаз.
Часы оказались ровно между моим отцом и Часовщиком.
