Единственная проблема была с едой — при аспидовой чуме был положен особый режим питания, состоящий из каких-то мерзких бульонов и горьких травяных настоев.
Но мои заботливые демонокотики решили эту проблему, притаскивая мне разного рода вкусняшки и местные развлекательные книжки, с которыми я давно хотела ознакомиться поближе.
Но гораздо интереснее книжек были газеты, в которых рассказывалось о судебном процессе над Розамундой Саксес. Он получился громким и резонансным — ведь угроза распространению аспидовой чумы была поистине серьезным обвинением.
На рисунках, изображающих судебное заседание, Пшеничка выглядела жалкой и растерянной. Совершенно не понимающей, как попала в такой громкий скандал.
Она изображала из себя великую мученицу и жертву досадного недоразумения.
Я знала, что ее род, род Саксесов, вступился за свою дочь, задействовав все свои связи на высшем уровне, дабы она получила самый мягкий приговор.
Мне тоже нужно было действовать, и срочно.
Ведь я не хотела, чтоб Мунда ушла от наказания.
А для этого мне нужен был ни много ни мало — Его Величество король Тибальд…
— Мы все подготовили, — сообщил Рубик, с тревогой глядя на меня своими алыми глазами. — Его дверь будет помечена крестиком. Твоя дверь — кружочком. Быстро сделай дело и возвращайся, умоляю! Это очень сложное заклинание и очень опасное место — чем дольше ты там находишься, тем сложнее будет оттуда выбраться. Оно затягивает. Заблудишься в Сонме — не проснешься уже никогда.
— Заблудиться — еще полбеды, — Изумруд прыгнул мне на колени.
— Почему ты не рассказал ей о сноходцах?
— Потому что! — огрызнулся Рубин. — Как представлю, что наша пушистая королева столкнется со сноходцами, так аж шерсть дыбом!"
"— Я расскажу ей про сходоцев, — более спокойный Фиря выступил вперед, мерцая сапфирами своих глаз. — Как они проникли в Сонм — неизвестно. Может прореха какая открылась, может, еще что, неважно. Важно, что ты должна их опасаться. Они рыскают по Сонму и только и мечтают, что какая-нибудь дверь откроется, а они проникнут туда и сожрут разум спящего.
Вечно голодные твари. Увидишь их — немедленно возвращайся, королева! Все поняла?
Я кивнула и ласково погладила моих заботливых верных демонокотиков, а они заурчали от удовольствия.
После чего я легла в свою кровать на спину, а коты расселись возле изголовья и начали мурлыкать.
Вроде бы обычное кошачье мурлыканье, но все-таки что-то в нем было. Что-то тревожное. Некий странный ритм, а может быть, даже и слова на неведомом языке.
