— Если возникнет такая необходимость, я лучше обращусь за помощью к демонам из Омровода, чем к тебе, — холодно оборвала Бьянка.
Черный кот громко фыркнул, а потом чихнул.
— А теперь уходи, Рэтборн. Твои извинения не приняты. И больше никогда, никогда не смей меня беспокоить.
Что ж, я ее понимал.
— Прощай, Бьянка, — сказал. — Будь счастлива.
— Я буду. А вот ты — нет, — ответила она.
Бывшая жена отвернулась и занялась цветами, давая понять, что аудиенция окончена.
Больше мне тут делать было нечего.
Я пустил коня через лес во весь отпор, размышляя об этой девушке и этом неудавшемся браке.
Теперь я не чувствовал к ней былого раздражения и ненависти.
Только жалость и чувство вины.
Могло ли все сложиться по-другому? Был ли хоть один шанс у этого брака?
Хоть один из тысячи?
Нет.
Потому что она была не моей истинной. И никогда бы не стала моей.
Моя сейчас в Академии полицейского ковена.
К ней отчаянно стремилось сердце и душа.
Вот только называть ее своей я не имел права."
"Она свела меня с ума, а потом ускользнула, как вода сквозь пальцы.
Дарина.
В этом имени было все.
ГЛАВА 66
Кто тебя выдумал?
Кто создал тебя такую, как будто идеальную для меня?
И дело было даже не в ее строгой, но в то же время одухотворенной красоте, которая как будто шла у Дарины изнутри.
За свою жизнь я видел немало красивых женских лиц — этим меня не удивишь.
Дело было в глубине ее загадочных карих глаз, которые, увы, смотрели не на меня. В том, как она говорила, и с каким достоинством себя держала.
Первая девушка, которая смогла уложить меня на лопатки не только в переносном, но и в прямом смысле.
Ее техника ведения боя там, в тренировочном зале, просто поразила мою воображение. Я впервые видел, чтобы женщина дралась почти как мужчина. В ней было столько ярости, наглости и напора! В тот момент мне даже показалось, что она по-настоящему меня ненавидит и готова перевести этот тренировочный бой в настоящий — не на жизнь, а на смерть.
С какой нежной улыбкой она врезала мне по челюсти!
Хладнокровно, продуманно, четко.
Кстати, челюсть до сих пор побаливала от ее удара.
Но это нисколько не мешало мне восхищаться Дариной, ловить каждое ее слово и постоянно искать ее взглядом.
И испытывать сладкий, неизведанный доселе трепет, стоило лишь увидеть ее на другом конце коридора.
Посмотри, посмотри же на меня — хотелось крикнуть мне!
Но она, не замечая, проходила мимо, окруженная толпой восторженных поклонников.
