В эту ночь я проснулась оттого, что мне накинули мешок на голову, сковали обездвиживающими заклятьями и куда-то поволокли.
Сопротивляться не стала — буду бесполезно рыпаться, сделаю только хуже.
Даже интересно.
Нужно сначала понять, что происходит, и чего от меня хотят.
Сквозь свою тонкую шелковую пижаму я почувствовала холод, услышала сдавленный смешок и то, как хлопнула стеклянная дверь, а потом с меня стянули мешок.
Я находилась посреди теплицы, а вокруг было десять фигур в черных балахонах и низко надвинутых капюшонах.
Зеленые магические свечи слабо чадили и потрескивали, отражаясь стеклах, и создавая таинственную, пугающую атмосферу.
— Курсантка Академии Полицейского Ковена Дарина Лефевр, ты здесь, чтобы принять посвящение в Орден блестящих курсантов, — донеслось из-под капюшона ближайшей фигуры. — Это великая честь и большая ответственность для тебя.
— Можешь не скрывать свое лицо, Розамунда, — усмехнулась я. — Не собираюсь вступать в ваш блестящий Орден.
После этого прятаться было действительно глупо, и она откинула капюшон, точно так же, как и остальные.
Это были парни из ее свиты, наиболее лояльные и верные ей. Пока я угощала женскую половину общаги пончиками, про мужскую как-то и подзабыла.
Упущение.
— Прости, милая, но ты в любом случае в него вступишь — хочешь того, или нет, — со сладкой улыбкой сказала Мунда. — Мы принимаем в него всех, кто поднялся в табеле выше десяти тысяч баллов, независимо от их воли. А у тебя там уже вроде как уже десять тысяч двести?
— До чего же ты невнимательна, дорогая.
Одиннадцать тысяч пятьсот, — поправила я. — И в чем же состоит посвящение в ваш орден?
— О, задания каждый раз разные, милая. В этот раз мы посовещались и решили…
Розамунда кивнула одному из своих парней, и тот выкатил в цент теплицы огромную обшарпанную металлическую бочку, полную мерзопакостной желто-зеленой жижи, испускающей отвратительный смрад прогнившей прелой капусты. Сверху жижи покачивались какие-то пенные ошметки, придавая ей еще большую отвратность.
Зелье, которое варили в бассейне мои демонокотики, и рядом не стояло с этой гадостью, от одного вида которой уже тошнило.
— Настой из воньюшкатрануса. В простонародье — вонюшка, — дружелюбно улыбнулась Розамунда. — Очень полезное растение, отличное средство для удобрения, но… В данном случае ты должна в нем искупаться, милая. Голышом. Тогда и только тогда мы окажем тебе честь и примем в свой орден.
Почему она все время так улыбается?
Это, в конце концов, просто ненормально.
