— Вы, молодые, стараетесь все по верхам забрать, — стал шамкать Минин. — А сути часто не ухватываете. Изнанка — наша слабость. Она манит, зовет. Потому что только там рубежник может обрести истинную силу. Такую, какой здесь и не пахнет.
— Я слышал, что там рубежники только лишаются сил, а не приобретают их, — не смог не уколоть говорившего Шуйский. — Всякий знает, что Изнанка сосет из нас хист.
— Разве кто-то говорит, что это не так? Да, Изнанка забирает хист каждый раз, когда ты его выпускаешь. Оттого «скользить» там можно лишь ведунам, да и то не рекомендуется.
Однако и Изнанка щедра на дары, если ты найдешь особый ключ к ней. Это особое место.
— Старик, к чему ты ведешь? — Даниила начинала раздражать эта бессвязная болтовня.
— Все рубежники связаны с Изнанкой. Она зовет нас, как мать зовет дитя.
— Зовет, конечно, — даже Виктор не вытерпел бреда Старика. — Чтобы убить. Сколько рубежников сгинуло там навсегда?"
"— Мать иногда бывает жестока к своим созданиям, без этого никуда. Но к тем, кто проявляет себя достойно вместе с тем и щедра.
— Миша, говори по сути, — подал голос Дед.
— По сути, по сути. Что ж, если по сути, то как я сказал, все рубежники связаны с Изнанкой. Встреча с ней неизбежна. Особенно для ведуна. Изнанка будет звать, стучаться в темные ночные окна. И ты не сможешь противиться. Помните свое первое посещение? Но ведь все вы вскоре вернулись в Изнанку.
Шуйский вздрогнул. Ему казалось, что он тогда чуть не умер. Неведомая бездна накатила, придавила своей мощью, ударила по легким так, что он даже забыл, каково дышать.
Это был парализующий ужас. И если бы все зависело только от него, а не от чура рядом, Даниил бы остался там навсегда. И умер.
Но Старик был прав. Все возвращались в Изнанку рано или поздно. Кто-то на на пару минут, другие на часы, третьи на несколько дней. Слышал он и о рубежниках, которые смогли совладать со странностями иного мира. И останавливались с той стороны на недели.
И каждый раз ты будто искал повод, чтобы уйти туда.
Придумывал нелепые оправдания посетить Изнанку. Точно она звала.
Правда, это длилось довольно недолго. Вскоре Изнанка словно разочаровалась в Шуйском и отвернулась от тогда еще молодого ведуна. Не приняла. Отметила мерзким уродством, давая понять, что здесь он лишний. И после подобного каждое посещение другого мира занимало немало сил.
— Изнанка проверяет рубежников, испытывает. Ищет тех, кто сможет пройти за грань, уйти далеко за рубцы кощеев, — закончил Старик.