Его мать скончалась задолго до того, как я стал рубежником.
У меня почему-то вдруг бешено забилось сердце. Я только представил, как встречаются Васильич и его сын. Два старика. Правда, еще непонятно, как это можно устроить, ведь они люди. А потом вдруг меня осенило…
— Анфалар говорил, что раньше Фекой был значительно больше. Тогда зачем правителю города знать обычного жителя? Значит, Рехон был рубежником?
— Стал им прежде меня и служил в городской страже.
Да, джекпот, мать его. Там это, Скугга, или Судьба, в общем, вы все, извините, я был немного раздражителем последние лет двадцать.
Но и меня можно понять. Что ни день, то попытка из букв «ж», «п», «о», «а» составить слово «счастье». И тут вдруг такое везение."
"Правда, я с запозданием понял, что Форсварар не особо разделяет мою радость. И смотрит на улыбающуюся физиономию собеседника как-то уж слишком кисло. А потом дошло — проклятые глаголы в прошедшем времени. Вот ничего хуже их, ей богу: уехал, жил, исчез.
Был рубежником, чтоб его!
— Расскажите о нем, Форсварар.
Больше всего мне хотелось сказать: «Что с ним стало?». Но, видимо, попросту не хватило духа это озвучить. Поэтому я решил зайти издалека. И правитель благосклонно ответил.
— Он был из отверженных, с самого начала. Озлобленный на весь мир…
И его можно понять! Против пацана и его семьи был настроен целый город только по той причине, что он неместный.
— Рехон и рубежником стал случайно. Я слышал эту историю, но каждый раз по-новому.
По одной из версий, его с матерью выгнали из города.
— Почему? — сразу спросил я, хотя ответ знал.
— Не знаю. Я был тогда слишком мал. Но вместо того, чтобы найти новую обитель для жизни, Рехон отправился в самое чрево к тварям. И вернулся рубежником вместе с матерью.
— И вы их приняли?
— Он был рубежником, — развел руками Форсварар. — Каждому новому стражнику с рубцом выделяют дом и жалование. Там он и поселился. Вскоре его мать умерла от старости, а через какое-то время я стал рубежником и познакомился с Рехоном.
Он был… невероятно злым и отважным. Только его вела не доблесть, а нескончаемая ненависть ко всему миру. Он надолго уходил в самые опасные вылазки и возвращался порой тогда, когда вернуться не должен был.
— Обычно по традиции жанра появляется «но». Хотя как по мне, все складывается очень даже хорошо.
— Скугга не просто так отвергает недостойных своей силы, — покачал головой Форсварар.