Увидев, что я смотрю прямо на него, Романов презрительно скривился и резко развернулся, подозвав к себе одного и слуг. Ну и пошел он… Куда подальше. Я тоже не стал долго стоять на месте и вошел в зал.
Здравый смысл взял верх над эмоциями, и пульс начал постепенно снижаться. Не было ни одной ниточки, связывающей внешний вид безликого Артаса и Арсения Медорфенова. Так что Романов никак не мог догадаться, кто скрывается за маской. Но тогда в чем причина такой внезапной ненависти? Неужели Мария?
Я мысленно рассмеялся.
Вот это вкусы у молодого наследника. Похожее горячая кровь запылала, когда какой-то бродяга имел наглость говорить с объектом его обожания. Интересно, а Мария знает об этом пылком почитателе?
— Господин Артас, подождите пожалуйста, — неожиданно ко мне подошел один из слуг Стоцких. — Прошу вас пройти за мной.
А вот это уже неприятно. Неужели Романов, сука такая, успел что-то кому-то сказать?
— Какие-то проблемы? — спокойно спросил я.
— Нет-нет, что вы. Для всех важных гостей выделяется персональная ложа, я просто провожу вас до нее.
Я молча кивнул и пошел вслед за слугой. Мы вошли в зал, после чего сразу свернули на лестницу в сторону от остальной толпы. Интересно, давно ли я успел стать важным гостем? Хотя, если ядро пустого — один из главных лотов, как мне и сказала Мария, то причина такого отношения максимально прозаична.
На втором этаже оказался длинный круглый коридор, со множеством дверей во внутреннюю сторону. Дойдя до одной из них, слуга открыл ее и пригласил меня внутрь.
За дверью оказалась небольшая комната с шикарным диваном, журнальным столиком и прекрасным обзором на зал, где будет проводиться аукцион.
Первое, что мне пришло в голову — мини амфитеатр. Сцена в самом центре, вокруг множество кресел со столиками, а весь балкон второго этажа был отдан под такие же, как и у меня, частные ложи. Некоторые из них были закрыты занавесками, и я не мог увидеть, что находится внутри, но остальные прекрасно просматривались.
В одной из них я увидел Марию, которая тоже заметила меня и помахала рукой. Сзади нее стояли два мужчины в строгой форме. Видимо, служащие рода Эдельвайс. Вообще, во всех остальных ложах почти не было одиночек, в основном по три-четыре человека.
Неожиданно, я снова почувствовал на себе уже знакомый обжигающий взгляд. Романов тоже был тут как тут. Он стоял, облокотившись на перила, и смотрел прямо на меня. Помимо него в ложе было еще два человека.
