– Уже не психолог, – упредил дальнейшие вопросы мудрый Оскол и тем самым признал свою вину. – Уже настоящий доктор, психотерапевт с большим опытом работы.
– У психолога тоже был опыт. Сводить людей с ума.
– Да, к нашему сожалению. – Непогрешимый Церковер неожиданно сделался нервным и самокритичным. – Не отрицаю своего промаха. Не поверите, я знаю эту даму больше трех лет. Не раз прибегал к ее услугам в вопросах более щепетильных. Представляете, после ее визита Чингиз вернул мне танкеры!
– Какие танкеры? – не понял Марат и потряс головой, думая, что старик заговаривается.
– Танкеры с нефтью! Выплатил неустойку, а как извинялся!.. И все сделала эта очаровательная женщина с маленькой ножкой.
– Разрешите мне поработать с ней, – попросил Марат. – Нужны только начальные данные, хотя бы имя, телефон. Сам разыщу.
– Как – поработать? – настороженно спросил Оскол. – В каком смысле?
– Возьму в оперативную разработку. Я чувствую, концы нужно искать в личности этой дамы. Очень уж походка ее нравится, говорят – как у китаянки…
– Как же, вам только отдай даму! – с чего-то вдруг захихикал Оскол.
– Вы ее разработаете!.. Уверяю вас, к китайцам она отношения не имеет. Просто ножки такие маленькие. – Он по-прежнему не хотел подпускать Корсакова к своим секретам и связям. Даже в такой критической ситуации.
– Вообще кто-нибудь этим занимается? – с хмурым вызовом спросил Марат, глядя на дремлющего Филина. – Из вашей службы?
– Не волнуйтесь, занимаются, – многозначительно вымолвил Церковер, тоже взирая на начальника разведки.
– И сам лично когда-то курировал… Поверьте, наблюдал поразительные результаты.
– И здесь результат налицо, – не удержался от сарказма Корсаков. – Еще вечером Роксана была в нормальном, вменяемом состоянии.
– Но не хотела подтверждать факт изнасилования, – вяло защитил своего соратника Сторчак. – Вернее, с точностью наоборот – будто сама изнасиловала Алхимика. Впрочем, что теперь судить, кто и кого…
– Надеюсь, доктор поправит положение, – сказал Оскол.
– Хотя бы приведет ее в чувство. Конечно, все ее странности не снять, потребуется длительное лечение… – И замял тяжелый для него разговор. – Только не давите на подопечную, не задавайте прямых вопросов. Пусть расслабится у моря, вспомнит и назовет человека, кому передала гребень. Это могут быть милиционеры из наряда или кто-то из персонала психлечебницы. Зачем и на каких условиях. Если отняли силой, то кто конкретно.
