Сам аллергик вдруг схватил с подоконника горшок с кактусом, распахнул балконную дверь, но выбрасывать передумал в последний миг. Принес нож с кухни и, преодолевая отвращение, развалил колючую голову надвое, как арбуз, – проверял, что внутри! Потом кое-как вытряхнул из горшка спрессованную землю, разворошил ее руками и ничего не нашел.
– Выбрось эту гадость! – брезгливо сказал майору.
Тот смело взял половинки кактуса голыми руками и ушел на балкон.
Сам обыск и более всего манипуляции с цветком как-то задорно насторожили Сколота: с какой стати они роются в квартире, если уже всё вынесли? Чего им еще надо? Гражданские помощники и вовсе взялись простукивать старый паркет и стены, то есть искать тайники, которых нет, и если Корсаков за несколько месяцев жизни по соседству выведал, где что лежит, то об этом должен знать…
Майор вернулся с балкона с мешком гипса и торжественно поставил его на письменный стол:
– Полюбуйтесь, товарищ подполковник.
Не это ищете?
Оказывается, скромный программист был еще и подполковником!
– Что там? – спросил Корсаков, заглядывая в мешок.
– Порошкообразный материал сероватого цвета. И там еще цемент стоит, нераспакованный!
Корсаков взял щепотку порошка, потер между пальцами.
– Гипс, – сразу определил он. – Обыкновенный гипс…
Когда гражданские содрали линолеум на кухне и со скрипом вырвали щербатый паркет, прибитый гвоздями, Сколот не выдержал:
– Сказали бы хоть, что ищете! – Он перевернулся на бок. – Вы так всю квартиру разнесете…
Аллергик уже терял чувство уверенности, подчеркнутую вежливость и нервничал – теперь не от заложенного носа и слёз.
– Разнесем, – гундосо пообещал он и присел на корточки. – Где твоя алхимия? Хватит придуриваться, музыкант!
Что за соседи поселились наверху, следовало бы догадаться, когда восторженная Роксана явилась к нему с цветущим кактусом. Так нет – расслабился, купился на ее завлекающий шепоток и изумрудные глаза ящерицы…
Но кто забрал все вещества, если не Корсаков?!..
– У вас с головой все в порядке? – Сколот сел на полу и оказался с ним нос к носу.
– По-моему, вы бредите. Разве алхимики бывают?
– Бывают! И весьма успешные. – Он опять вынул гребень. – Вот образец, узнаёшь? Что это?
– Расческа… А я думал, про них только в книжках пишут, про алхимиков!"
"– Артист! – зло восхитился Корсаков и, выпрямившись, высморкался. – Ты, похоже, чего-то не понимаешь или прикидываешься. Ты сейчас под тяжелой статьей. Минимум десять лет тюрьмы!
– Я не насиловал вашу жену.
