Зажимая лицо, почти незрячий, он кое-как выпутался из сада на открытое место, где продувало ветерком, однако воспаленная носоглотка уже вибрировала. А тут еще пристала смотрительница сада – что-то говорила и куда-то настойчиво тянула. Корсаков знал английский и сносно еще два языка, но ни слова не понимал, что она лопочет по-болгарски, и только отмахивался. Он случайно наткнулся на питьевой фонтанчик, умыл лицо, прочистил нос – иногда помогало хотя бы замедлить чих, однако тут и это оказалось бесполезно.
– Она здесь! – доложил Симаченко, вынырнув из сада. – Марат, я ее видел!
Капитан знал об аллергии, но Корсаков все равно закрылся платком, чтоб не показывать своего слезливо-сопливого лица.
– Почему… не привел?
– Смеется и убегает. И еще тебя зовет. Говорит: «Отдамся только Корсакову».
– Стерва… Поймай и приведи!
Он ушел в свою усадьбу, и с ходу, как был, в одежде, прыгнул в бассейн. И только тут кое-как унял чих и отсморкался.
Тогда и увидел двух незнакомцев, сидящих в шезлонгах: оба средних лет, чем-то неуловимо похожие, улыбчивые, респектабельные, и оба с той поволокой в настороженных глазах, которая выдает в них двойственность жизни, вторые личины, состояние «себе на уме», или, проще говоря, принадлежность к секретной службе.
Сидели по-хозяйски, как у себя дома.
– Господин Корсаков? – привстал один. – Приносим извинения, вторглись на территорию… Но у вас все открыто.
Говорил он по-русски, но с каким-то прибалтийским акцентом. Второй приветливо кивал, выражая согласие.
Остатки аллергического приступа как рукой сняло.
– Чем обязан? – холодно спросил Марат.
– Разрешите представиться, – чинно промолвил незнакомец. – Густав Чюрайтис, сын Бориса Новкова, который построил Белый домик. А это мой адвокат. Я вынужден сообщить неприятное для вас известие. Суд вынес решение не в вашу пользу. Надеюсь, управляющий господин Симаченко докладывал…
Сражаться с ними за собственность либо делать вид, что сражается, не было никакой охоты; напротив, хотелось скорее закончить все эти вводные разговоры и приступить к делу.
– Да, я в курсе. – Марат вышел из воды и, чтобы не стоять перед ними в мокрой одежде, содрал ее и бросил на траву. – Управляющий оспорил решение в суде вышестоящей инстанции.
– Вы же понимаете, господин Корсаков, это чистая формальность… Но вы как честный приобретатель имеете право подать в суд на имущественный департамент и получить компенсацию.
