Когда Сторчак узнал об этом и примчался в технопарк, Оскол лежал, опутанный трубками, обставленный аппаратурой и что-то невнятно бормочущий. Он шевелил кулаком и часто мигал одним глазом – второй был прикрыт веком, словно у спящего. Однако дежурившие рядом две медсестры его понимали и на минуту удалились из комнаты. Старик раскрыл руку – там оказался ключ с привязанной к нему засаленной цветастой тряпочкой, свитой в шнурок.
Церковер предусмотрел все, в том числе и утрату дара речи. В сейфе, замурованном в стену, на самом видном месте, поверх многочисленных папок с бумагами и каких-то слежавшихся свертков, оказалось три пронумерованных пакета, адресованных Смотрящему.
Тут же, не отходя от больного, он поочередно вскрыл их и бегло ознакомился с содержимым.
В первом Оскол наказывал сохранить остатки свидетельства применения неведомого топлива – достать оставшуюся от железной руки жестянку из пожарища, спрессовать и положить на ответственное хранение в банк. Во втором он переводил в подчинение Сторчака всю зону Д, которой управлял единолично, вместе со службой разведки, самим Филиным, аналитиками, шарашками и драгоценным архивом.
Но самым важным оказался третий, в котором Церковер просил обратить самое пристальное внимание на музей Забытых Вещей в Великом Новгороде и приводил план неотложных действий, исполнить которые предстояло в течение двух ближайших суток.
Сторчак запер сейф, машинально хотел спрятать ключ в карман, но увидел протянутую, трясущуюся руку Оскола и требовательный взор единственного видящего глаза…
10
В музее Забытых Вещей Сколот был в последний раз полтора года назад, поздней осенью, когда вернулся с истока реки Ура.
"
"Тогда его переполняли восторженные надежды и удовлетворение от выполненного урока: в распоряжение Стратига он привез результат одиннадцатилетнего своего пребывания в Сколе – так называлась школа, куда Авеги приносили Соль Знаний, проще говоря, вразумляли отроков древнему искусству управления материями.
Сколотов было всего трое, и каждый изучал свое направление в этом искусстве, и шел по своему пути познания, хотя перед всеми стояла одна и та же задача – воспроизводство забытых, утраченных человечеством видов естественно получаемых энергий. В то время Стратиг гордился своим детищем – программой «Соларис» и несколько раз наведывался на Тариги, чтобы лично убедиться, как продвигаются дела с восстановлением технологии получения топлива на основе фотосинтеза.
