Может быть, так пахнут трупы? Теперь ее единственным желанием стало немедленно выскочить из этой пугающей темноты и бежать опрометью, не разбирая дороги. И вероятно она так бы и поступила, если бы в первой пещере не зашуршали чьи-то шаги. Даша закрыла рот обеими руками.
Некоторое время было тихо. Но вскоре стал различим еле слышный шепот. Судя по низким, хрипловатым интонациям, говорил мужчина. Его речь звучала быстро, даже страстно, и что-то в мелодике голоса, построении фраз показалось Даше знакомым. Она бесшумно перевела дыхание, пытаясь понять, кто бы мог быть этим человеком.
Изо всех сил она прислушивалась, но никак не могла разобрать даже языка, на котором мужчина так страстно о чем-то беседовал с Горной Девой.
— Аминь! — неожиданно громко прозвучало вдруг под каменными сводами.
— Пастор! — выдохнула потрясенная Даша.
От неожиданности она едва не вскрикнула в полный голос. Вот кого она совершенно не ожидала здесь увидеть!
Но как он здесь оказался? Ведь она не видела его ни впереди, ни позади себя!
И сразу же поняла: пастор из гостиницы прямиком направился сюда, но поднимался по лестнице, именно поэтому она его не видела да еще опередила на пару минут.
Сказать, что она была поражена, — ничего не сказать. Возможно, это был ответ на мучивший ее целый день вопрос: святой отец приехал сюда просить о помощи Горную Деву. В таком случае интересно узнать, что именно он хочет от тени погибшей? Ночной рубашки у той нет, а невесту, человек давший обет безбрачия, просить вряд ли станет.
Впервые в жизни Даша пожалела, что прогуливала латынь в университетском кафе.
То есть латынь преподавали как раз в аудитории, это она в то время сидела в университетском кафе. Успокаивало одно — вполне возможно, что пастор общался с Горной Девой не на латыни, а, например, на финском, здесь уж никакие университеты не помогут.
Любопытство заставило позабыть об осторожности. Опустившись на четвереньки, Даша осторожно просунула голову как можно дальше в лаз. Увы, она слишком долго думала — теперь слышны были только звуки удаляющихся шагов.
Выждав еще пару минут, она вползла в освещенную пещеру и внимательно осмотрела все закоулки. На первый взгляд, ничего не изменилось — ни закланных агнцев, ни святых крестов, начертанных кровью, или хотя бы чем-нибудь фосфоресцирующим. На цыпочках она подкралась к выходу. Внизу, по дороге, быстро удалялась мужская фигура.
Даша оглянулась на тень бегущей женщины.
— Милая Горная Дева, извини, что побеспокоила тебя зря. Я еще вернусь.