– Спасибо, – бормочу ему в шею.
– Жень, это просто цветы. Тебе разве до этого не дарили?
– Нет.
– А Долин?
– Заткнись, – выдыхаю я и сильнее сжимаю руки вокруг его грудной клетки.
– Но это еще не все подарки.
Я отстраняюсь и смотрю на загадочную улыбку Ярика. Хмурюсь, не понимая, о чем он.
Шмелев отстраняется, но все еще держит меня за руку. Идет спиной назад по моему коридору. Потом отпускает меня и бежит.
– Ярик! – кричу, смеясь, – ты куда?!
– Угадай! – раздается из моей комнаты.
И когда я забегаю внутрь, то вижу, что он хватает мои «умные» весы и сует их под свою толстовку.
– Вот мой подарок, Гольцман. Это я забираю с собой.
– Ты не в себе?
– О, поверь мне, я очень сильно в себе. Так же сильно, как и ты, пока собираешься на свидание с Долиным.
В ту же секунду вспыхиваю праведным гневом. Почему он решил, что может управлять моей жизнью? Мне что, мамы мало? Как будто я сама по себе недостаточно хорошая.
Пытаюсь отнять весы, но Яр без усилий отбрасывает мои руки от себя.
После недолгой борьбы выкрикиваю:
– Ты сумасшедший, понятно?!
Он все еще смеется и не понимает перемены моего настроения:
– А ты?
– И я тоже, – выдаю максимально зло.
– Пошел вон. Забирай весы и все свое самодовольство! Мне это не нужно! Мне руководителей хватает, ясно?!
В секунду Яр бледнеет. Вижу его желваки, которые сначала застывают, а потом отправляются в пляс. Плевать. Кто дал ему право?
Он разворачивается и направляется к выходу. Быстро обувается, не выпуская из рук весы, и уходит, хлопнув дверью."
"Я остаюсь стоять в своем белоснежном коридоре, бессильно сжимая кулаки.
Боже. Боже мой. Ну зачем? Я оседаю на пол и давлюсь слезами. Закрываю лицо ладонями и искренне не понимаю – ну зачем я все это натворила?!
Глава 28
ЖеняКогда мама возвращается домой, лицо у меня все еще припухшее от рыданий, но уже удалось взять себя в руки. Букет хризантем я аккуратно подняла с пола, подрезала стебли и любовно пристроила в вазу из прозрачного стекла. Они пахнут весной и моим сумасшествием.
– Привет, зайка! – говорит она с неизменной улыбкой, когда я выползаю в коридор, чтобы поздороваться.
– Привет, мам. Как командировка?
– Отлично! Даже лучше, чем рассчитывала.
– Поздравляю, – говорю безо всякого энтузиазма.
– Как ты? Не заболела? Выглядишь как-то странно, – она прикладывает ладонь к моему лбу.
Морщусь и убираю ее руку, вспоминая, как сама пыталась измерить температуру Ярику таким же жестом.
– Все в порядке, голова просто болит. Выпила таблетку, сейчас пройдет.
