— Грузим наших в КамАЗ и на всех порах двигаем в столицу. Я этим колдуньям такое устрою, что им времена инквизиции покажутся курортом.
Командир группы был настолько убедительным, что в его слова сложно было не поверить. Впрочем, каждый боец отряда Норда сейчас был объединён одной и той же негативной эмоцией. Каждый сейчас желал уничтожить другую магическую академию, с которыми у «мечей» были крайне длительные и кровавые тёрки, среди которых эта неудачная засада стала только очередным эпизодом.
Мы затащили мёртвые тела в кунг грузовика, после чего остаток дороги преодолели исключительно на ненависти.
Второй бронеавтомобиль пришлось бросить за недостатком операторов пулемётов. Единственное, что мы смогли сделать, так это снять второй крупнокалиберный пулемёт и забрать остатки боеприпасов. Удивительно, что ящики с боеприпасами, содержащиеся в обычных ящиках, не поддались магической энергии, а потому они спокойно перекочевали в головной бронеавтомобиль. Второй «Тигр» было бросать откровенно жалко. Всё же машина была мощной и стоило далеко не горсть медяков, а доставать её приходилось через длительные переговоры с российскими производителями.
Конечно, мы передали военным просьбу эвакуировать броневик, но почему-то я был уверен, что степные налётчики гораздо быстрее подхватят машину, а потому руководство академии стоит сразу сойтись с мыслью, что вернуть бронеавтомобиль не получится.
Я в тот момент ехал вместе с Нордом в грузовике, разбирая тела погибших товарищей. На душе было очень горько и сердце будто стягивали ремнями, передавливая камеру за камерой.
Хотелось ворваться к «фуриям» и учинить там кровавую баню, но сейчас было понятно, что государство будет пресекать любые возможности войны между двумя магическими организациями, особенно если разборки будут происходить в черте столичного города.
Сейчас мне приходилось снимать с погибших всю уцелевшую экипировку. Конечно, наша организация была достаточно богатой, чтобы снабдить новыми вещами каждого своего бойца в мгновение ока, но разбрасываться хорошим снаряжением было настоящим кощунством, из-за чего в тесной камере кунга мне предстояло раздевать тела, снимать боеприпасы и всё, что ещё было годным к дальнейшему использованию.
"
"Сразу вспомнились пары в университете. Не просто так было пройдено четыре курса педагогического ВУЗа, чтобы забыть историю. Раньше, когда проходила по полям Земли тяжёлой подписью Великая Война, были настоящие трофейные команды, занимающиеся тем же что и я сейчас.
