На одеяле рядом с ним красное пятно, а я, растрёпанная и в рваном платье, сижу тут и гадаю, догадается он, что я его обманула, или поверит, что действительно переспал со мной. А если поверит, что ждёт меня дальше?
Глава 14. Спасена?
Это оказывается тяжёлая и очень беспокойная ночь. Я не решаюсь попробовать отвоевать у Сидд одеяло, поэтому перебираюсь в кресло и, содрав со второго покрывало, пытаюсь поспать. Страшно за завтрашний день. Что если Сидд проснётся и вспомнит, что ничего со мной не сделал? И решит реабилитироваться? А если сделает это зверем? Богиня, я с ума сойду…
Просыпаюсь я рано утром от сиплого хрипящего вдоха Сидда.
Я даже не сразу понимаю, что происходит, а мой… муж поднимается на руках и медленно обводит взглядом комнату.
Кислый запах похмелья я чувствую даже отсюда. Лицо у Сидда поплывшее и взмокшее. Под глазами набухли мешки, выглядит он откровенно плохо. Во многом потому, что ведёт себя сейчас не как человек, а как зверь.
Распухшие и воспалённые глаза останавливаются на мне, и я, будто ледяной ветер, чувствую ярость.
Вжимаюсь в кресло, стараюсь казаться меньше и незаметнее, но злость двуликого отступает так же быстро, как и появляется.
Он садится, опускает взгляд и, кажется, рассматривает свои расстёгнутые штаны и красное пятно на одеяле от пролитой крови.
– Вот ты и больше не девка, – сипло утверждает он. – И теперь моя. Цени это, Ава.
Я вздрагиваю. Почему мне так страшно слышать своё имя, произнесенное его голосом? Ещё и короткую его форму. То, что личное и для близких.
Он будто заявляет права на меня не только этой абсурдной свадьбой, но и отнимая имя, получая власть и над моей душой. Слава богине, не над сердцем. Оно навсегда принадлежит Валфрику.
Сидд тяжело поднимается и идёт к двери. Отпирает замок, затем срывает с кровати одеяло с кровью и швыряет мне.
– Иди вниз. Все должны видеть, что ты теперь не девка, а моя жена.
– Моё… платье порвано, – осторожно возражаю я.
Сидд усмехается. Я чувствую от него эмоцию веселья, но смотрю на улыбку и меня начинает мутить.
Двуликий подходит, рывком хватает вторую лямку и тянет, ставя меня на ноги.
Снова жалобно трещит ткань. Я зажмуриваюсь, когда он перехватывается и рвёт её ещё сильнее, пока платье, наконец не падает к моим ногам.
– Так лучше? – тянет слова Сидд, рассматривая меня.
Я чувствую растущее в нём желание. Знаю, что если он дойдёт до определённой точки, то, что не случилось ночью, обязательно случится. Я не выдерживаю и хватаю одеяло, заматываясь с головой.
