Взглянув из-под очков, увидел, что наш противник стал частично видимым.
Тогда я собрал всю свою силу и пропорол шкуру, а потом ещё и разворочал мечом отверстие побольше.
Коготь ударил меня со спины и вышел из живота. Кажется, конец селезёнке. Ну, ничего, это поправимо.
Сорвавшись с когтя, я ускорился, оказавшись в недосягаемости от новых ударов твари. Сунул руку в сумку и понял, что мне, скорее всего, хана. Сфер больше не было. Весь запас, который мы взяли, был израсходован.
Зато Йонир не подвёл. Пользуясь тем, что рана, причинённая мной, сделала монстра видимым, он выдал такую струю пламени, что любо-дорого! Она чётко вошла в разрыв шкуры, который я проделал.
А затем принялась выжигать всё внутри.
— Ты плохо? — услышал я голос, который даже не сразу понял, кому принадлежит.
Перед моим лицом появилась серебристая струйка.
— Ранен, — выдохнул я, сглатывая."
"Но оказалось, что расслабляться было очень рано. Внутри монстра, видимо, было очень много газа, или чего-то ещё подобного. Но через десять-двенадцать секунд наполнения его пламенем он действительно взорвался.
Да ещё как! Ошмётки плоти разлетелись во все стороны, как и струи крови, и много чего ещё. Несколько попало и в меня, оставляя синяки и сильнейшие гематомы, которые проявятся позже.
Йонира вообще сбило с ног. Курфа откинуло на противоположную стену.
— Сфер нет, — сообщил я демону, понимая, что сознание мутнеет.
Но в этот момент, прямо на меня выкатились две сферы. Я употребил одну за другой. После чего снова сосредоточился на Робе.
— Умеешь лечить себя? — нет, звуки, которые он издавал, мало были похожи на эти слова, но он сопровождал их образами и эмоциями, часть из которых добывал в моей собственной голове, но надо было признать, что он стремительно учился. — Это хорошо. Но я мог бы лечить тебя.
— Лечиться — я могу, — сказал я, поднимаясь и спеша к Курфу. — А вот защищаюсь пока не очень.
Мне пока не очень хотелось вести этот диалог, так как важнейшим было спасти пета Асакуры. Он был жив. И даже моргал мелкими глазками.
Ему было невероятно больно, но он держался.
Я подхватил Курфа на руки, затем поднял его оторванное крыло, которое по сути, являлось частью тела. Не представляю даже, как это больно. Части от монстра я трогать не стал. Посмотрев из-под очков, я понял, что их не видно. Он остался невидимым даже после смерти. А та часть, которую я пропорол, сгорела полностью.
Ну и отлично, меньше вопросов будет у демоноборцев, если они, конечно, обратят на него внимание.
